Ракушкино детство. Невыдуманные истории. Часть 1

Посередине комнаты стоял большой круглый старинный чёрный стол без скатерти с резными ножками и два старых стула. На мебели были какие-то трещины, выбоины. Местами лак сильно стёрся.

На стулья Ракушка вообще боялась садиться, потому что они сильно скрипели и шатались. Кстати сказать, баба Мила тоже никогда не садилась на стулья.

Они, видимо, стояли для красоты. Она садилась или на кровать, или на маленькую устойчивую табуретку.

Белоснежную скатерть баба Мила стелила только по праздникам. Особенно нравилась Ракушке Пасха.

Баба Мила всю ночь пекла вкуснейшие куличи, красила в луковой шелухе яйца и потом всех угощала.

Привычной электрической лампочки в доме не было. С потолка прямо над столом висел коротенький ржавый провод с пустым патроном. Вечерами, когда темнело, баба Мила зажигала керосиновую лампу, которая стояла посередине стола. И тогда по потолку и по стенам бегали тени от её горящего фитилька. Ракушке было немножко страшно из-за этого.

Напротив кровати, у другой стены стоял огромный чёрный сундук.

Как и стол, тоже старый и весь потрескавшийся. На сундуке висел большой замок. Наверно, там вещи бабы Милы лежали. Шкафа-то в комнате не было.

Иногда бабуля оставляла Ракушку ночевать у себя, когда мама задерживалась допоздна на работе. Посередине стола горела керосиновая лампа. Свет от неё был тусклый. В комнате было темно.

В такие вечера баба Мила сидела на табуретке и вязала большим крючком круглые цветные половики из полосок, нарезанных из разных старых тряпок, и связанных между собой узелками.

Весь пол был устлан такими половиками. Смотрелось очень просто и красиво.

Сначала Маша раскладывала на столе свои ракушки. И, опираясь на стол, долго рассматривала их. Перламутровые ракушки при свете дрожащего фитилька лампы загадочно поблёскивали. Маша брала каждую раковину и показывала бабуле, рассказывая кто, когда и откуда её привез.

В ответ Баба Мила улыбалась и довольно кивала головой. Потом Ракушка помогала бабушке связывать тряпочки, а та вязала большим крючком узоры и тихо рассказывала о непонятном тогда Ракушке – Боге.

Крючок был длинный. И Маша, шутя, брала пальчиками верхний край крючка и говорила:

– Смотри, Баб Мил, я тебе помогаю.

– Так и сама вязать научишься. Ты только запоминай. Это не сложно. В жизни всё надо понемножку уметь, – отвечала бабуля.

Когда на улице совсем темнело, баба Мила стелила постель девочке на том самом сундуке. Маша потихоньку засыпала.