(Не)вольная невеста

Врачи сказали просто: мы сделали все, что от нас зависит, теперь нужно только ждать. Но шансы невелики. Даже если Вика очнется, она, скорее всего, останется на всю жизнь парализованной. Сильно поврежден позвоночник.

Когда мне сообщили об этом, я вначале не поверила. Не может быть такого, чтобы моя молодая, красивая, полная жизни старшая сестра оказалась навсегда прикована к инвалидному креслу. О чем и заявила врачу, который рассказал мне о ее состоянии. На что доктор резонно возразил, что сестра может вообще не очнуться.

Вот тут меня понесло. Кажется, это была истерика. Или нервный стресс, вызванный шоковыми новостями. Точно не помню, что говорила врачу и медсестрам, но закончилось все тем, что они вызвали охрану и настоятельно предложили мне пойти проветриться. Подышать воздухом.

И вот я тут, на улице. Дышу. Уже минут пять. Легче, понятное дело, не становится. По-моему, состояние только ухудшается – голову уже ощутимо напекло.

Нужно, по крайней мере, уйти в тень. Я вышла с территории больницы и направилась по алле, туда, где пышные кроны деревьев давали защиту от солнца.

Впереди возникли кованые ворота, что преграждали вход на территорию храма. Прямо перед носом маячил большой плакат, на котором пестрели предупреждения.

В виде картинок.

Женщинам в брюках и коротких юбках не входить, на голове должен быть платок, а макияж на лице запрещен.

Да уж. Только молиться мне сейчас и остается. Опустив глаза на модные джинсы с дырками на коленях и обтягивающую футболку, я с тоской вздохнула.

Опустившись на ближайшую скамейку, что оказалась в тени, я все-таки обратилась мысленно к богу.

Не помня толком ни одной молитвы, я просто горячо просила высшие силы. Просила об исцелении. Боже, если ты существуешь, вылечи мою сестру.

Пятнадцать лет назад лет назад наши родители тоже попали в аварию. Но им никто не смог помочь – они погибли практически мгновенно. Тогда Вика, а ей на тот момент было всего восемнадцать, взяла заботу обо мне на себя.

Я выросла, получила диплом, сама стала работать и зарабатывать. Все благодаря Вике.

И вот теперь с ней случилась беда. Как это несправедливо!

Если бы было можно, я бы поменялась с ней местами. Вика должна жить! Я все отдам, лишь бы спасти ее.

– Действительно, все? – раздался совсем рядом, почти над ухом, низкий голос.