Стеклянный дом

– Гера сегодня утром сходила в лес и нарвала цветов. – Рита мысленно умоляет Джинни похвалить цветы. – Специально для вас.

– Какие красивые, – говорит Джинни с каким-то надрывом в голосе, как будто ей больно от этой красоты. Рита с улыбкой смотрит, как она протягивает руку и касается цветка. Но тот мгновенно осыпается на кровать ворохом лепестков, похожих на пастилки «Парма Вайолетс». – Ох, – выдыхает Джинни. – Ох.

Рита морщится. Она смотрит в ошеломленном молчании на облысевший цветок, потом на крупные слезы, беззвучно стекающие по щекам Джинни и капающие на белоснежную простыню.

– Каждый раз что-нибудь идет не так, когда я пытаюсь тебя порадовать, – говорит Гера.

12

Сильви

Я СНОВА ВСТРЯХИВАЮ ТЕСТ на беременность. Нет, как и два предыдущих, он и не думает менять показания. Полоска отчетливая и ярко-голубая. Я сижу за кухонным столом, с недоверием и шоком уставившись на тест, и чувствую, что все мое тело наполнено странной электрической энергией, как будто подтвердившийся результат резко, грубо замкнул во мне какую-то цепь.

– Черт, – тихо бормочу я сквозь ладонь, прикрывающую рот, и бросаю взгляд на балкон, где Энни расхаживает взад-вперед, прижимая к уху беспроводной домашний телефон. Ее лицо опухло от слез. Я слышу обрывки слов:

– Я не знаю… – Эллиот. Должно быть, она разговаривает с ним. И, что бы он там ни говорил, мне это не нравится. – Нет. Не могу обещать… Мне жаль, – отвечает Энни.

Меня накрывает жаркая волна гнева. Я вскакиваю, выхожу на балкон и протягиваю руку, требуя телефон. К моему облегчению, Энни отдает его без возражений и скрывается в глубине квартиры. Через пару секунд я слышу, как захлопывается дверь ее спальни.

Я дрожащей рукой сжимаю горячую трубку. Будто гранату. И понимаю, что я, похоже, совсем не такая мать, какой представляла себя в подобной ситуации – спокойной, либеральной и практичной. Потому что мне хочется убить этого мальчишку.

Я делаю вдох.

– Алло? – Держи. Себя. В руках. – Это Сильви, мама Энни.

– Хелен Латэм. – Аристократичный голос. Слегка визгливый. – Мать Эллиота.

На мгновение я полностью теряю дар речи. На судне, стоящем у дальнего берега, открывается люк. Все замедляется.

– Я бы хотела закончить разговор с вашей дочерью, – твердо и решительно заявляет Хелен.