Малиновый холм, или Дом страха

Стоял ясный осенний вечер, звёзды усыпали всё небо. Из-за верхушек сосен как раз выбиралась луна. И опять очень тихо, так тихо!

Внутри у меня поселилось странное чувство: казалось, здесь что-то не так. Наверное, я совсем не гожусь для санатория – лежу среди всей этой белизны в новой кофте тридцати разных цветов и нарушаю тишину своим кашлем. Этим самым свежим воздухом я тоже не успела подышать… Но теперь я, по крайней мере, ощутила усталость.

4

Рубен

На этот раз меня разбудило хихиканье.

Негромкое бульканье, на которое в городе я бы и внимания не обратила, но здесь, в «Малиновом холме», звук разрезал тишину и вырвал меня из странного сна, в котором сестра Петронелла сидела за рулём большого красного автомобиля.

Хихикал мальчик. Он устроился на подоконнике, куда я безуспешно пыталась взобраться. Он был моложе меня – лет семи-восьми. Светлая шевелюра торчала во все стороны, а одет он был в белую рубашку, как у меня, и толстые вязаные носки.

Увидев его, я и обрадовалась, и рассердилась.

Обрадовалась – потому что в санатории обнаружился по крайней мере ещё один ребёнок. Рассердилась – потому что он сидел и читал при свете луны моего «Робинзона Крузо»!

Мальчик взглянул на меня и широко ухмыльнулся:

– Правда, дурацкое имя – Пятница?

Я не нашлась, что ответить. Но этого и не требовалось, потому что мальчик продолжал говорить сам:

– Можно было и название месяца использовать. «Здравствуйте, меня зовут доктор Апрель Хагман». Или часы: «Моё имя Безчетвертисемь»! – Он от души расхохотался, и хотя мне всё это не показалось таким уж смешным, я почувствовала, как уголки губ сами собой ползут вверх.

– Поаккуратнее с моей книгой, – сказала я. – Мне её брат подарил.

– Хороший у тебя брат. У тебя много братьев и сестёр?

– Пятеро.

– Тогда я выиграл! У меня двенадцать!

– Врёшь!

– А вот и не вру!

– А как их зовут?

Некоторое время мальчик молчал. Вот я и вывела его на чистую воду! Меня так просто не проведёшь.

Но оказалось, он просто набирал воздух в лёгкие.

– Энок, Петер, Эмилия, Майя, Рубен, Стиг, Улоф, Грета, Беата, Том, Альберт, Маргит и малышка Элизабет, – выпалил он, не переводя дыхания.

– Повтори, – потребовала я, по-прежнему не веря ему.

– Энок, Петер, Эмилия, Майя, Рубен, Стиг, Улоф, Грета, Беата, Том, Альберт, Маргит и малышка Элизабет, – повторил он так же быстро и уверенно.

Пока он перечислял имена, я быстро пересчитала по пальцам.