Рикки, Тикки и Глафира

Особенно черепашки старались, когда за ними Глафира наблюдала. Кудрявая девочка хлопала в ладоши и приговаривала:

– Давай, Рикки! Не отставай, Тикки!

Красноухие черепашки хорошо кушали и быстро росли. Глаша никогда не забывала их покормить. Даже черепашьи витамины им давала, чтобы у них были сильные лапы и панцирь не трескался. Откуда она это всё знала, если в школу ещё не ходила? Из книги.

Есть у Глафиры одна такая, волшебная, с яркими картинками, где красноухие черепашки нарисованы. На одной странице они сушёных рачков-гаммарусов кушают, на второй капустный лист жуют, а на третьей (не поверите!) огурчиком зелёным хрустят.

– Как ты их различаешь? – удивлялись мама с папой, когда дочка своих питомцев по именам называла.

– По панцирю! Если приглядеться, у Рикки на спине звёздочку можно увидеть, – отвечала им Кудряшка.

Но, как ни приглядывались родители, отличительного знака не замечали.

Глава 2

Друг по несчастью Степан

Когда рассвело и солнечный свет через дырку проник в пакет, Рикки огляделся.

Бедняжка перебрался на скомканный лист бумаги и, расправив его лапами, заметил знакомый рисунок. Девочка весь вечер его рисовала, но он всё равно не получился. Братья на нём выглядели разными, а они ведь были одинаковыми. Если не считать звёздочки на панцире у Рикки, которую только Кудряшка замечала.

– Тикки, Глафира! Где вы? – заревел испуганный черепашонок.

– Не кричи! – услышал он рядом с собой чей-то сердитый голос. – Для тех, у кого нет ушей, это невыносимо!

Рикки растянул лапками дырку и выбрался из пакета наружу. Голос принадлежал белому плюшевому зайцу с синим галстуком на шее. Он и правда был безухим, а оторванные уши в лапах держал.

– Ты кто? – уставился на него удивлённый черепашонок. – И как здесь оказался?

– Так же, как и ты. С мусором выбросили. А зовут меня Степаном, – спокойно ответил заяц.

Возмущению Рикки не было предела.

– Я любимый черепашонок Кудряшки. Она не могла меня выкинуть!

– Ну-ну… – засмеялся Степан, – было время, я тоже в любимчиках ходил. И гладили, и обнимали, и в кроватку с собой укладывали. А потом уши вырвали. Дети – это маленькие злые человечки.

– Неправда! – возразил ему Рикки. – Глаша не такая. Она добрая и заботливая, – и, представив её хорошенькое личико, залился слезами.