Рождённая сказкой

– Кушай, кушай. Хлеб с молоком непростые. Они силы приумножают, удаль молодецкую возрождают. Оставшийся хлеб возьми с собой. Почувствуешь, что слабеешь, отломи кусочек и съешь. Силы и вернутся к тебе.

Поел Василий и стал слушать старика. Каждое слово он бережно укладывал у себя в голове, боялся упустить малейшую деталь.

– Дева та непростая. Не случайно повстречал ты её. Даровала судьба тебе удачу и любовь. От спасения девицы-красавицы зависит жизнь всего нашего волшебного леса, да и мир людей без неё долго не просуществует.

– Кто же она такая? Дева эта.

– Счастье, любовь, вдохновение, озарение – по-разному её называют, только не все знают её в лицо, хоть и встречались с ней. Вот, например, посмотри на себя. На кого ты был похож, пока не повстречал её? Сам свою жизнь портил, постоянно притягивал к себе беду, жалуясь на своё существование. Сгубил себя, съел себя. Неудаче так понравилось жить в тебе, что она полностью завладела тобою, превратив в старика. Все, кого встречал ты на пути своём, становились либо несчастными, либо погибали.

Повстречав же деву нашу, не разглядел ты собственное счастье, выкрикнул ей вместо приветствия проклятье своё.

– Как? Какое проклятье?

– Уйди! А то попадёшь в беду! Твои слова при встрече были?

– Да, – испуганно ответил молодец.

– Что было, того не отменить, поздно слёзы лить. Важно то, что её дар оказался сильнее неудачи, живущей в тебе. Чистая улыбка девушки исцелила тебя. Да ты и сам это почувствовал, наверное.

– Да!

– Полюбился ты ей, Василий. Не успела она себя защитить. Обезоружила её возникшая любовь к тебе. Давно за ней охотился колдун Коршун. Выслеживал, выжидал случая. Вот и похитил он нашу красу. Дождался злодей своего часа.

– Что же теперь с ней будет?

– Что будет, того не миновать, этого нам не знать. Но попытаться спасти её мы можем.

– А кто же он такой, этот Коршун?

– Коршун тот – большое зло. Корыстный он и беспощадный. Живёт за тридевять земель, в тридесятом царстве, в подземном государстве.

Со всей земли он собрал себе в жёны самых лучших девиц. Не хватало ему только любви нашей. Трудно будет теперь отыскать Марьюшку.

– Мааарьюшка, – нежно протянул имя своей спасительницы Василий. – Мааарьюшка, – повторил он ещё раз. – Голову готов отдать, чтобы её спасти! – подскочив, отважно воскликнул добрый молодец.

– Нет уж, милый мой, голова тебе ещё пригодится. Собирайся в путь-дорогу.