Розмари. Леденцы и тайная библиотека

Она и так была слишком взвинчена, и я не хотела пугать её, пока не пойму, что происходит. И к тому же мама могла мне просто не поверить.

– Конечно, нет, мам. – Я замолчала, подбирая слова. – У тебя живот случайно не болит?

– Нет! Почему ты спрашиваешь?

К счастью, я быстро придумала подходящее объяснение.

– Просто так… Я случайно услышала, как он урчит.

– Я ужасно проголодалась, наверное, поэтому. Но надо дождаться ужина, так что никакого печенья.

– Кто-то сказал «печенье»? – раздался голос из глубины дома.

– Она уже ела печенье, мам, и чипсы.

– Подожди до ужина, Лоис, и тогда получишь печенье вместо пудинга, если съешь основное блюдо.

– Больше никаких новых заклинаний? – спросила я, пытаясь выяснить, не связаны ли дыры с маминой внезапной неприязнью к магии. – Я могла бы помочь тебе, как раньше.

Я любила раскладывать мамины разноцветные мешочки с травами и кристаллами. В такие минуты мне всегда казалось, что нас с мамой связывает нечто особенное.

Мама посмотрела на меня так, как будто ей дали пощёчину.

– Нет, – ответила она тоном, не терпящим возражений. – Я решила бросить это занятие, Рози.

Я смотрела, как её пальцы потянулись к цепочке, которую она всегда носила на шее – пятиконечная звезда, символ магии. Так мама делала всегда, когда нервничала. Я слегка нахмурилась, когда она положила руку на колени.

Подвеска исчезла.

Мама снимала её всего один раз, когда гадкий Маркус из пьесы подарил ей в прошлом году цепочку с её инициалами.

К счастью, поняв, каким он был мерзким, мама сняла цепочку и продолжала носить вместо неё пентаграмму.

– Где твоя подвеска, мам? – спросила я, решив, что она случайно оставила её в гримёрке.

– Я её сняла, Рози. – Мама опустила глаза, и к её чести надо сказать, что лицо у неё стало чуть виноватым.

– Зачем ты её сняла? Ты говорила, что Фрэнсис и Филлис купили её тебе, когда ты стала Стражем Портала, и ты будешь её беречь!

– Да, милая, знаю, но жизнь продолжается.

Портала уже нет, поэтому мои услуги больше не нужны. Я всю жизнь верила в магию и занималась чародейством, но это мне ничего не дало. – Мама подошла ко мне и обхватила моё лицо руками. – А теперь у меня появилась отличная работа на телевидении, и я не хочу, чтобы люди подумали, будто я странная или чокнутая. Я должна постараться приспособиться.

Она взяла меня за подбородок, и я увидела в её глазах слёзы.