Розмари. Леденцы и тайная библиотека

Это была другая мама: моя мама расстраивалась, когда ей не удавалось получить желаемую работу, но была благодарна за маленькие чудеса, например, когда могла принять участие в прослушивании, получить ответ на своё письмо или даже за такие вещи, которые не имели отношения к работе: первую распустившуюся в саду розу или любимое цветущее грушевое дерево. Но новая мама выглядела измученной, уставшей, и внутри у неё были дыры.

– Мам, – тихо продолжала я, – я всё равно не понимаю. Ты всегда говорила, как важно оставаться верной себе, прислушиваться к своим чувствам и не обращать внимания на то, что могут сказать или подумать другие.

Мама смотрела мне в глаза целую вечность. Она ничего не говорила. Я видела, как вокруг её головы образуются тёмно-зелёные пузырьки, сталкивающиеся друг с другом, после чего совсем маленькие пузырьки исчезали. Они как будто сражались друг с другом.

Наконец мама ответила:

– Она сказала мне, что в студии могут решить, будто я для них обуза.

– Кто?

– Донна.

Мама откинулась на спинку кресла и вздохнула, проведя рукой по своим золотисто-каштановым волосам.

– Донна спросила, что означает символ на моей подвеске, и я ответила, что это языческий символ чародейства. Это её напугало.

– Что она сказала? – Меня поразила реакция Донны на то, к чему мы привыкли с самого детства.

«Колесо природы отражает колесо жизни». Я помнила, как мама нас этому учила.

– Она сказала, я должна её снять, потому что в студии могут всё неверно понять и решить, будто я накладываю на людей проклятия, – ответила мама.

– А ты ей объяснила, что занимаешься только белой магией, потому что всё плохое возвращается к тебе в тройном размере? – спросила я.

– Милая, если бы всё было так просто! Донна – очень влиятельный участник съёмочной группы. Она даёт мне советы, чтобы я могла сохранить работу. И я ей действительно благодарна.

Я не была уверена, что Донна заслуживает маминой благодарности. Я вспомнила, как она смотрела на нас, когда мы общались с мамой по видеосвязи.

– Рози, – продолжала мама, отворачиваясь от меня, – как бы я хотела знать, что ждёт меня в будущем. И папу тоже. Вся эта чушь насчёт желания сменить работу… Я впервые об этом услышала.

Я тоже подумала о будущем, и почему-то мне стало не по себе. Хотя мама уверяла, что разлюбила магию, потому что не хотела потерять работу, мне это не казалось правдой.