Соблазн осенних акварелей. Психологический детектив

Может, и нет её, этой связи – а дело всего лишь в том, что реплика Майи о слабости к кому-то из подчинённых угодила принципиальному Артёму в больное место.

Впрочем, во время посадки хорошее настроение к Майиному спутнику вернулось. Из самолёта он выходил с улыбкой до ушей и глазел по сторонам с таким видом, что сразу было ясно: соскучился.

– Сколько же вас не было дома, Артём? – шагая с ним рядом, полюбопытствовала Майя.

– Всего-то десять дней, – отозвался он и добавил, словно прочитал её мысли: – А соскучился, будто полгода болтался неизвестно где.

И как вы только в ней живёте, в своей Москве?

– Нормально живём, – пожала плечами Майя. – Мне нравится.

– Она такая огромная. Машины и люди – все куда-то несутся. Я там себя чувствовал… – Артём поморщился, подбирая метафору, – я там себя чувствовал щепкой в горной реке. Исчезнешь – никто и не вспомнит. Но это ещё куда ни шло, к этому можно привыкнуть. А что у вас вообще не пригодно для жизни – так это климат.

Майя вздохнула:

– К нему-то мы как раз привыкли, куда деваться? – и, вспомнив о климате, вдруг спохватилась: – А где мой плащ? В самолёте забыли, что ли?

– Не волнуйтесь, тут он, – Артём приподнял руку, через которую была перекинута и его, и Майина верхняя одежда, – Но до воскресенья он вам не пригодится.

Разве это не здорово, Майя Михайловна?

– Здорово, кто бы спорил, – снова вздохнула она.

Путешественники вышли из здания аэропорта, и в лицо им плеснул тёплый ветер, в котором Майе почудились запахи моря и гор.

Солнце сияло и согревало, но не жарило, а небо было по-летнему высоким и светлым. Артём вскинул голову и расправил плечи:

– Как же тут кайфово!

В нём появилось вдруг столько свободы и лёгкости, что Майя невольно залюбовалась. В каждом его движении просматривалась ликующее «я дома!»

– Мы возьмём такси? – спросила она через минуту, видя, что их никто не встречает.

– Нет. Нас должен забрать отсюда мой помощник, – озираясь, произнёс Артём.

Но Павлик в поле зрения отсутствовал, Артёму пришлось ему звонить, и тон управляющего, когда он дозвонился, был, прямо скажем, не из любезных.

– Говорит, что будет минут через двадцать. Хотите пока перекусить?

– Не хочу, спасибо. Доберёмся до места – тогда и поем.

– Дело ваше, Майя Михайловна. Натэлла вас уже заждалась. С обедом, я думаю, она превзойдёт саму себя.

– А я-то как заждалась её обеда!

Майе стало тепло от воспоминаний.