Соблазн осенних акварелей. Психологический детектив

То ли поварихе рассказали правду о новогоднем происшествии и о причастности одной из московских гостий к его счастливому исходу, то ли Вадим и Майя просто ей понравились – но зимой она их потчевала, как родных.

– Всё-таки жаль, что вы не приехали в августе! – вдруг заявил Артём. – У нас была тогда настоящая сказка.

– Простите, – развела руками Майя. – Я побывала на море в мае, там, куда захотелось моему мужу. Потом уже не сумела вырваться с работы. Но ничего, сейчас я наверстаю упущенное.

– Да уж я постараюсь, чтобы наверстали.

Кстати, имейте в виду: у нас никто не знает, зачем я вытянул вас из Москвы. Я всем сказал, что вы едете отдохнуть и развеяться.

– Так я и думала, – кивнул Майя.

Приготовившись ждать, она достала телефон – и увидела сообщение от Вадима: «Прибыл и устроился. Целую». Набрала его номер, но ответа не получила – конгресс, вероятно, уже начался. Позвонила девочкам, сначала одной, потом другой, те тоже не откликнулись – судя по времени, были на лекциях. Пришлось и самой ограничиться сообщениями, что долетела благополучно, а в Адлере – ура! – до сих пор настоящее лето.

Потом Майя написала своей коллеге Чулпан, с которой частенько обменивалась услугами – поручила ей поиски Юрия Федюхина, чей возраст и доход позволяли покупку большого дома, а детали биографии могли объяснить настойчивый интерес к домам в Абхазии. Очень редкое сочетание имени и фамилии делало задачу не слишком сложной.

Павлик приехал почти через час – Артём к тому времени выглядел уже не раздражённым, а рассерженным.

Помощник вылез из машины – знакомого Майе белого внедорожника неведомой марки – и пошёл открывать багажник, обронив на ходу:

– С прибытием! Извините, что я опоздал. Перед границей проколол колёса. Уродов, бросающих бутылки из окон, я считаю, нужно отстреливать.

Врёт он насчёт колёс, уловила Майя. Подумала, не дать ли об этом знать Артёму, покосилась на него и по тому, как сжались его губы, поняла, что никаких иллюзий относительно честности помощника у него нет.

Павлик оказался крупным рыхлым блондином, с одутловатым вытянутым лицом, носом-картошкой, красивыми светло-голубыми глазами в пушистых ресницах, маленьким женским ртом и высоким голосом. Слово «рохля» подходило к его облику как нельзя лучше.

Представив друг другу Майю и Павлика, Артём устроил свою спутницу на заднем сиденье, а сам уселся за руль. Помощник занял место рядом с водителем, уставился в телефон, да так и таращился в него всю дорогу.