Исцелённая любовью, или Сказание о королеве Лайле и бедном рыцаре

Я видела Хорна и Ронни собственными глазами, и отказываюсь считать их наивными глупцами.

Красота братьев – их козырь. Ведь каждая женщина захочет себе такого мужа, как любой из них. А значит, они наверняка убеждены, что именно за неё мы выбрали их.

Неприятные размышления прерывает скрип двери библиотеки. Хорн входит без стука, подтверждая мои подозрения, что неверно понимает происходящее. Он ведёт себя здесь как хозяин. Его взгляд находит меня и ложится тяжестью.

– Ты хотела поговорить со мной?

От звуков его низкого властного голоса моё волнение ещё возрастает.

Всё плохо: он сразу же обращается ко мне на ты! Для него мы на равных, в нём нет ни капли уважения или страха.

Я откладываю свиток в сторону и выпрямляюсь в кресле. Руки холодеют, и я впиваюсь негнущимися пальцами в подлокотники.

Так, подбородок вздёрнуть, глаза немного сощурить.

Я цепляю на себя маску уверенности, подсмотренную у Эви, и, судя по реакции варвара, кое-что у меня получается.

Его глаза сужаются, губы размыкаются.

От звука захлопнувшейся двери, я вздрагиваю. А потом вновь вскидываю подбородок и пытаюсь, глядя снизу, смотреть на него сверху вниз.

В ответ он разглядывает меня. От его улыбки холодок спускается по спине.

– Боюсь, вы не так поняли нас…

– Хорошее начало, – прерывает он меня. – Вне постели будешь называть меня на вы.

Я пробую ещё раз, пропустив мимо ушей, с какой наглостью меня прервали:

– Вы не так поняли нас. Произошла ошибка. То письмо должен был написать другой человек, но сестра взяла на себя этот труд и, судя по её рассказу, изложила дело не вполне верно.

Я имею в виду, что не отказываюсь от её слов, но необходимо прояснить, что предлагаю формальный брак, союз лишь по названию…

Кажется, он вообще не слушает меня. Прерывает на полуслове, а в его голосе звучит бескрайнее море самоуверенности:

– Не стоит так волноваться, Лайла. Тебе понравится со мной в постели. И твоя болезнь нам не помешает. У тебя красивое лицо.

Он со всеми женщинами так себя ведёт? Вот ведь варвар!

От злости я начинаю заикаться:

– Общей постели не буд-дет! Ник-когда!

– Так сильно боишься? – говорит он задумчиво и улыбается: – Ничего, сейчас мы это исправим.

Комок, как назло, застревает в горле, от волнения я давлюсь воздухом, а он не ждёт, пока я успокоюсь. Идёт ко мне, и приближение всей этой горы мышц и скрытой в них силы бесконечно пугает.

Всё происходит слишком быстро.