Сердечный переплет

Знакомство парня с мамой и милое чаепитие в семейном кругу в мои планы пока не входило.

– Буду в раздевалке, – буркнул он и отключился.

Я посмотрела на замолчавшую трубку, как на живое существо, и спросила у нее:

– Ну и чего ты добилась? Почетного звания не только неумехи, но и истерички?

– Что? – крикнула мама. – Не слышу!

– Я не тебе! – крикнула в ответ я и, нарисовавшись на пороге кухни, объявила:

– Я ненадолго на улицу выйду.

– На каток? – всполошилась мама.

– Я кататься не буду, – туманно пообещала я.

– Надевай теплый пуховик! – потребовала она, и я вынужденно согласилась.

В конце концов, погода для продолжения уроков на коньках сегодня была явно неподходящей – во всех смыслах.

Обувшись, я кое-что вспомнила, осторожно выглянула из прихожей – убедиться, что мама занята на кухне, – аккуратно пробежала в комнату прямо в ботинках, взяла кошелек со своими накоплениями, на цыпочках вернулась и, уже не таясь, вышла из квартиры.

Глава 3

Хоккей с сердцем

На катке, как и следовало ожидать, оказалось малолюдно – только самых преданных конькобежцев не испугал мороз, и, конечно же, наиболее упертых хоккеистов.

Сегодня они были в большинстве и нахально захватили даже не треть, а половину катка – в любом случае нормально покататься вряд ли получилось бы.

В раздевалке, обычно бурлящей от гомона голосов, тоже было непривычно тихо. В иные дни трудно найти место, чтобы переобуться, а сегодня красота – выбирай любое! Как ни странно, Дениса там не обнаружилось.

Я еще раз огляделась по сторонам, словно он мог прятаться под стулом, постояла в недоумении и медленно вышла на улицу. Никто не обратил на мое появление особого внимания, но, казалось, даже продавщица в кафе провожает меня насмешливым взглядом.

Опять он меня провел, а я купилась, как наивная малолетка! Ну, погоди, Деня! Я тебе такие танцы на льду устрою, мало не покажется! Да я…

– Ирка! – вдруг услышала я и поперхнулась своими мстительными мыслями.

Денис лихо подкатил к бортику и расцвел в улыбке:

– Привет!

– Здоровались уже, – буркнула я.

Умом я понимала: нужно вести себя как ни в чем не бывало, но ничего не могла поделать.

– Ты же сказал: в раздевалке будешь, – недовольно продолжала я голосом сварливой женушки.

– Да закатался что-то, – пожал плечами он, все еще не подозревая о том, какую разбудил бурю.

– Значит, не замерз? – не отставала я.

– Ирк, ты чего? – наконец озадачился он.

– Ничего! – отрезала я.