Синий. Сапфировая загадка

Ювелир развёл руками и продолжил:

– Но когда три дня назад я открыл хранилище, Глаза Посейдона там не было! Такого… такого попросту не может быть!

– Никогда не говори «не может быть», мой дорогой Альфонс, – поправил его Ласло, поднимаясь с дивана. – Ты покажешь нам хранилище?

– Разумеется, – еле слышно проговорил месье Жезекель. – Следуйте за мной.

– Могу ли я задать вам один вопрос, Альфонс? – подала голос Бина, пока они шли по изящно отделанному коридору. – Полагаю, вы застрахованы на случай подобных неприятностей, ведь так?

Плечи ювелира дёрнулись от всхлипа.

– Ведь так? – с горькой иронией повторил он её слова. – НЕТ! Глаз Посейдона был частично застрахован, но я – я не стал продлевать страховку от кражи, так как только что вложил огромные деньги в новейшую шведскую охранную систему, которая абсолютно неуязвима! НЕУЯЗВИМА!

– Так уж и неуязвима? – с сомнением произнёс Ласло.

– Не продолжайте, умоляю вас! Если сложить суммы, на которые мне придётся раскошелиться, да ещё прибавить непоправимый урон репутации, то можно не сомневаться: прославленной ювелирной мастерской Жезекеля придёт конец! – упавшим голосом продолжал Альфонс, снова входя в лифт.

– Простите, а… как зовут вашего страхового агента? – спросил Маркус из-за спин остальных.

Месье Жезекель перевёл взгляд на мальчика:

– Планшон. Рене Планшон.

– И он как, не злопамятный? – спросила Зельда.

– Боюсь, я не понимаю… – недоумённо пробормотал ювелир.

– Ну, мне кажется довольно забавным, что у вас выкрали этот камень именно в тот момент, когда вы решили вложиться в охранную систему вместо страховки, не находите?

– Интересная версия, ребятки, – согласился Ласло, потрепав детей по головам. И они с Биной обменялись довольными взглядами.

5. Что может быть лучше блинчиков?

Квартира, где Альфонс принимал семейство Интригио, находилась прямо над его мастерской.

– Прошу! – воскликнул он.

Знаменитый ювелирный магазин «Жезекель» состоял из трёх изящных зальчиков с витринами, окна магазина выходили на Вандомскую площадь. Жемчужно-серое ковровое покрытие, витринные шкафы из капа и хрусталя и негромкая классическая музыка дополняли изысканную атмосферу мастерской.

– Бронированные стёкла! – пояснял Альфонс, порхая из зала в зал. – Охрана из Французского легиона двадцать четыре часа в сутки.