Сказка про то, как царевич Никита судьбу пытал

Ты лучше ответь, как оказался в моём лесу, да в таком неказистом положении?

– Что значит в твоём лесу? – удивился Никита.

– То и значит, мой это лес, я здесь хозяин. – твердил Леша.

– Как, ещё один? – не мог унять удивления Никита.

– Что это за, ещё один? Один-единственный! – как отрезал Леша, выставив перед носом Никиты кривой, как сучок палец.

– Ага, тот который меня к дереву привязал, тоже хозяином лесным назывался.

Забеспокоился Леша и спрашивает с прищуром:

– Кто такой? Как звать?

– Капитаном Сычом представлялся.

Потряс он меня, как грушку. И деньги отобрал, и хлеб, и коня увёл. – кручинился Никита.

– Как отобрал? А ты зачем же отдал? Отстоять своё добро надо было!

– Да, не с руки как-то добро отстаивать, когда к спине дерево привязано, а вокруг дюжина разбойников с саблями!

– Так, что же этот Сыч не один был?

– Банда целая их, по лесу твоему разбойничают, а ты и не чуешь!? Что ж ты за хозяин такой?

– Вообще-то чую. – задумался Леша, как будто даже принюхиваться начал – С самого дня Аграфены Купальницы чую.

Только думал, от людей, что на реку ходить стали, этот дух. А оно во, как обернулось. А куда ушли-то они?

– Леший его знает! – ответил Никита.

– Нет, я не знаю. – сказал Леша. – А тебя самого-то, как занесло в эти края?

– Я Никита, царский сын иду мир посмотреть и судьбу отыскать!

– Ах, так? – вздохнул Леша – А что ж в родной стороне всё уж повидал? И не уж-то судьбы по сердцу не нашлось? – прищурил Леша снова свои глазки и смотрит так, словно душу читает.

Оробел Никита.

– Нет, нет по мне судьбы. – ответил он, опустив глаза, а Леша только вздыхает на его слова.

– Не ладно начался твой путь, может вернуться в пору?

– Как же я вернусь? Как собака побитая. Как объясню, что коня и того не уберёг. – сетовал Никита.

– Ну, хочешь, корзину мою возьми, скажешь за грибами ходил.

Послушал слова эти Никита и уж обидеться хотел. Но Леша так расплылся в улыбке, так рассмеялся, и ничего кроме добра светлого в лице Никита не видел.

Улыбнулся в ответ и сказал:

– Нет. Нет мне дороги назад. Решил я крепко накрепко, потому пойду дальше.

Засмеялся Леша, хитро, но добродушно.

– Смотрю на тебя царевич и отца твоего вижу. Такой же мятежный был.

– Ты, разве знаком с отцом моим? – удивился Никита.

– Да. Много лет прошло с тех пор. Молод он был совсем тогда. И прозвище у него смешное, ещё было – сказал Леша и снова засмеялся.

– Какое? – заинтересовался царевич.