Сказки

Дорогу обратно они найти не смогут, и лучше пусть в лесу пропадут, чем ты будешь мучиться, глядя, как они умирают от голода.

Долго уговаривала мачеха дровосека, и в конце концов он согласился сделать так, как женщина придумала.

Но Гензель и Гретель тоже не могли уснуть от голода и слышали разговор отца с мачехой.

Заплакала Гретель горючими слезами, а Гензель обнял сестру и произнёс:

– Не печалься, Гретель, я что-нибудь придумаю.

Когда все в доме уснули, поднялся Гензель с постели, накинул тонкое пальтишко и выскользнул из дома.

Месяц светил ярко, и белые камешки, которых много было около дома, блестели, словно монетки. Мальчик наклонился и наполнил камешками карманы пальтишка. Когда он вернулся домой и улёгся в постель, Гензель прошептал сестре:

– Успокойся, Гретель, я знаю, как помочь беде.

Чуть только рассвело, стала мачеха будить детей:

– Подымайтесь, лентяи, пойдём в лес за дровами.

Дала женщина детям по краюшке хлеба и наказала:

– Это хлеб на обед, смотрите раньше его не съешьте, больше ничего не получите.

Отправилось всё семейство дровосека в лес, но Гензель всё время останавливался и оглядывался.

– Что ты мешкаешь, Гензель? – спросил отец.

– Ах, батюшка, загляделся я на нашу белую кошечку, сидит она на крыше дома и словно со мной прощается.

– Глупый, это не кошечка вовсе, а белая труба блестит на солнце, – раздражённо сказала мачеха.

Но Гензель и не думал смотреть на дом, он потихонечку выбрасывал камешки из кармана на тропинку.

– Ну, собирайте, дети, валежник, а я пока разведу костёр, чтобы вы не озябли, – сказал дровосек, когда они зашли в самую чащу леса.

Гензель и Гретель натаскали целую гору хвороста, а когда костёр разгорелся, мачеха предложила:

– Вы прилягте к огню, дети, отдохните, а мы пойдём нарубим дрова. Когда окончим работу, вернёмся за вами.

Гензель и Гретель сидели у огня, и когда наступил час обеда, съели свои кусочки хлеба.

Они слышали удары топора и думали, что отец неподалёку. Но стучал не топор, а раскачиваемый ветром сухой сук, который мачеха привязала к дереву. Долго сидели Гензель и Гретель, глаза у них стали слипаться от усталости, и в конце концов они заснули. А когда открыли дети глаза, была ночь.

Заплакала Гретель и запричитала:

– Как же мы домой вернёмся?

Но успокоил сестру Гензель:

– Как только выйдет месяц, мы дорогу найдём.