Сказки Открытого мира

Как вдруг ни с того ни с сего новая дирижёрская палочка возмутилась:

– А что тут делает этот музейный экспонат?

Старый камертон – а именно к нему обращалась руководящая особа – от такой наглости чуть было не лишился дара речи:

– Хоть я и на пенсии, но в строю; к тому же являюсь почётным настройщиком оркестра!

– Настройщик?! Почётный?! Хм. Думаю, вы просто врёте, вы же знаете всего одну ноту! – надменно заявила палочка.

– Одна нота, зато какая чистая! Ох, какое неуважение к старшим! – только и смог вымолвить камертон, и с обидой отвернулся.

– В знак солидарности с незаслуженно униженным ветераном я отказываюсь настраивать инструменты! – гневно прогудел гобой. – И вообще репетировать не буду.

– А что же нам делать? – переглянулись валторны. – Наша партия после гобоя. Неужели произведение останется без поэтического образа?

Скрипки, альты, а следом виолончели и контрабасы занервничали.

– Ах, как мы расстроены! – низкими голосами пропели альты. – Кто же тогда нам подскажет верное «ля»?

– В зале часто меняется температура! – возмущённо запищали скрипки.

 – Наши струны постоянно слабеют и не удержат настройку даже до начала концерта. Позор, если мы начнём фальшивить. Мы, как носители мелодического начала…

– Ха-ха-ха! – рассмеялись тарелки. – Выдумали тоже – «мелодическое начало»! – передразнили они. – Неженки – вот вы кто! Нытики и пискуши!

– Это мы-то нытики? Это мы – пискуши? А вы! Вы! – надрывались скрипки, не зная, как бы сильнее уколоть самолюбие тарелок.

– Не обращайте на них внимания! Все ударные – тупые! – поддержали скрипок виолончели. – Давайте лучше работать – нам надо повторить пассажи.

– Кто это сказал, что мы – тупые?! – свирепо грохнули барабаны. От них не отстали литавры, и даже звонкий треугольник внёс свою лепту чётким возмущённым звуком:

– Мы задаём ритм произведению; значит, мы – главные!

– Ой-ой-ой! Ритм! Нашли, чем хвастаться! – обиженно взвизгнули скрипки.

 – От ваших глупых ба-баханий кошки на улице от испуга подскакивают! Никакой элегии, ноль романтики.

– Да у меня от вашей элегии – аллергия! – пробубнил бубен. – Ваша романтика вовсе ни-ко-му не нуж-на!

Волна взаимных претензий пошла гулять по рядам некогда дружного оркестра. Струнные дразнили ударные, те, не давая спуску, отвечали взаимными обижалками. Тарелки, подчёркивая математическую точность своей формы, нечаянно задели внешний вид арфы.