Сказки Сентября

– Вот, – продемонстрировал он длинную красную ленту, – с плюшевого медведя снял, ему она всё равно не подходит, – и, высунув язык от усердия, принялся обматывать её вокруг запястья опешившей Мины, попутно объясняя свои действия, – теперь, если лента останется на тебе, когда ты проснёшься, значит, мы друг другу не приснились.

Мина широко раскрытыми глазами разглядывала довольно улыбавшегося Джима, удивляясь тому, что подобная идея не пришла в её голову раньше – просто оставить что-то во сне и проверить наличие этого чего-то утром дома.

– На, бери.

Мальчик кивнул и, бережно сложив листочек в несколько раз, крепко сжал в кулаке.

– Ну что ж, – произнёс он и протянул Мине руку, – до встречи когда-нибудь.

– До встречи, – Мина в ответ протянула свою руку, и они скрепили договор крепким рукопожатием, после чего Джим развернулся и потопал к своей кроватке.

Мина дождалась, пока он ляжет и накроется одеялом, подобрала валяющийся в снегу карандаш и тоже забралась на диван. Закрывая глаза, она гадала, встретятся ли они с Джимом ещё раз, и если да, то где – во сне или наяву?

Открыв глаза утром, Мина несколько минут просто лежала, наблюдая за играми солнечных зайчиков на потолке, прежде чем откинуть одеяло и сесть. Она даже не стала проверять, сохранилось ли стихотворение об этой ночи в блокноте, или в нём не будет хватать одного листа.

Потому что на запястье у неё в сиянии рассветного солнца, подобно лепестку пламени, горела ярко-алая лента.

По колено в облаках

Первый солнечный луч скользит по крыше самого низкого дома на самом востоке маленького провинциального городка. Потом солнечный диск карабкается ещё чуточку выше по небосклону, заставляя его светлеть, а редкие последние звёзды – постепенно меркнуть, прежде чем моргнуть в последний раз и раствориться в лучах рассвета. Солнечные зайчики проникают в незашторенные окна, но пока ещё никого не будят.

Город спит, и солнце не знает, что на противоположном конце города его появления ждёт одно маленькое существо – девочка пятнадцати лет, которая завела будильник на пять тридцать утра, чтобы встретить рассвет. Она сидит на полу, закутавшись в лоскутное покрывало, и преданно ждёт.

Ей мерещатся искорки над крышами, и она моргает, чтобы прогнать видение, но искры становятся только ярче и больше.