Кокон

– Наконец-то мы избавились от чудовищ, – сказал один из людей в форме. Возможно, капитан, Нора не разбиралась. – Отсюда им не сбежать. Ледяная вода, сильные течения, подводные пики. Даже если они построят лодки, пролив не пересекут.

Корабль уплыл, паруса с гербом скрылись в тумане.

Люди остались. Нора видела, как они строили дома, пуская в ход все, что попадалось под руку: деревья, камни, землю. Видела, как дома рушились под натиском ветров, рассыпались от сырости, вспыхивали на летнем зное. Мужчины-женщины-дети слабели день ото дня, простужались, болели.

Проклинали тех, кто остался на Большой Земле.

– Они почитали нас, а потом стали называть чудовищами, забыв, что мы – чудо.

– Они построили больницы, чтобы излечить нас, но на самом деле пытали и травили.

– Они отвозили нас в лес, раздевали догола, разрешали бежать, а затем спускали собак.

– Они бросили нас здесь умирать.

– Так ответим им.

– Так ответим им.

– Там ответим им.

Люди снова сбивались в стаи, как в первый день прибытия.

Брались за руки и закрывали глаза. Нора смотрела со стороны и думала: “А я знаю, что они чувствуют”. Она не удивилась, когда задрожала земля и скалы пошли трещинами, а вода у берегов вскипела. Не удивилась, когда на горизонте показался гребень и вскоре превратился в исполинскую ревущую волну. Волна обошла остров стороной, прошла западнее, обрушилась на берега Большой Земли.

Дрожь под ногами, сцепленные ладони, растянувшиеся в улыбке сухие губы, пустые глаза.

На секунду в эти глаза вернулась жизнь, они заслезились, затем закровоточили. Кровь потекла из ушей, ноздрей и рта – сцена, которая до сих пор преследовала нору в повторяющемся кошмаре.

И еще в этом страшном сне умирающие люди шептали:

“Мир никогда больше не будет прежним. Целостным, как здоровый организм. Замкнутым. Упорядоченным”.

“Теперь он набор шрамов, синяков и ссадин, скрытых под одеждой. Совсем как у нас”.

“Теперь он набор язв, спрятанных за здоровой на вид кожей.

Совсем как мы”.

“Мы хотели не этого”.

“Мы не хотели этого”.

Нору трясет от нахлынувших воспоминаний. Она подходит к смотрителю маяка, кладет голову ему на плечо. Не почувствовал, не шевельнулся даже, все сидит над записной книжкой. Ничего, Нора попробует сделать это в своем времени – положит голову ему на плечо и пожалуется на страшный сон. И скажет еще кое-что, очень важное.

По одной из легенд о сотворении, мир сплел огромный шелкопряд.