Кокон

Элль встретилась с насмешливым взглядом обнаженной пышной дамы, вольготно распроставшейся по кровати.

Глупая ситуация, совершенно дурацкая. Девчонки в общей комнате недавно трепались о чем-то таком, чем интересуются мальчики и что не принято называть вслух. Шептались, бросая опасливые взгляды по сторонам – вдруг войдет воспитательница? – и противно хихикали, закатывая глаза. Элль зацепилась тогда за край разговора, и услышанное повергло ее в ужас. После, в своей комнате, она спрашивала у Голоса: «Это все правда? Так на самом деле бывает?», а он отмалчивался и бормотал: «Ну что я могу сказать, я ведь совсем ничего не помню».

Насмешливая дама все смотрит, и у Элль жар ползет по щекам. Не выдержав, она выдергивает книжку из чужих рук, швыряет под ноги.

– Фу, нашел место!

– С ума сошла? Чего пристала, что ты от меня хочешь?

«Хватит. Успокойся. Пойдем отсюда», – Голос говорит нарочито медленно, растягивает слова. Будто усмиряет одичавшее животное. Элль становится неприятно и стыдно, она и правда позволила себе больше, чем следовало.

Злость все еще клокочет в груди, подступает к горлу, грозит вылиться в поток ненужных, бесполезных слов. Элль с усилием сглатывает их, отворачивается и идет к двери. Но на полпути ее догоняет приказ мальчишки:

– Эй, подними книгу.

– Что?

– Я сказал, книгу подними!

– Да я… к такому… и пальцем не прикоснусь! – Элль едва сдерживается, а Голос просит: «Не надо все усложнять, сделай, как он говорит. Подними и все. Это честно, правильно: ты ведь сама ее на пол бросила».

Не поспоришь. Элль наклоняется за книгой, перелистывает страницы, отряхивая от пыли. Старательно отводит взгляд, но мелькающие картинки все равно притягивают внимание.

Странно, но обнаженных тел там совсем мало. Два или три. Несколько бородатых мужчин в странных шляпах. Детки, улыбающиеся и укоризненно сложившие пухлые губки. Черные полосы текста и схемы, множество схем. На одной человека собрали из линий, на другой – из пронумерованных овалов.

– Совсем не то, о чем ты подумала, верно?

Верно. Элль даже представить боялась, что может скрываться под обложкой с голой женщиной. Все из-за этих девочек и их болтовни! Они говорили, будто в библиотеке, в секции для старших, можно найти книги, внутри которых грязь и похоть.

– Тогда зачем было прятаться?

– Я что, отчитываться тебе должен? – мальчишка пожимает плечами, неприятно выделяя слово “тебе”. – Впрочем, чему удивляться. Ты ведь сумасшедшая.