Сказки тетушки Олеси. Выпуск 4

Уж больше десяти тысяч лет живёт, а не стареет не дряхлеет, а наоборот только сильнее и здоровее становится. И ни один человек не знает, где же его слабое место. Впрочем, никто сильно-то и не искал.

Мама у него есть царица Лень Неохотовна – грациозная, красивая с голубыми глазами, белокурыми волосами, но очень двуличная, лицемерная особа. Если вдруг у кого-то возникало желание побороться с вредностью Вреднюка и объявить ему войну, так Лень тут как тут, песню спокойным, нежным, ласковым голосом споёт, и мятежник сразу успокаивался и не хотелось ему уже никуда идти, ничего объявлять и уж тем более воевать.

Он лучше в своей кровати будет от безделья в носу ковырять, или в потолок плевать, или, может быть, баклуши бить. И в царстве-государстве снова тишь да покой.

– Как же я ненавижу Умника с его чрезмерной воспитанностью, – кричал, вбегая во дворец, опутанный паутиной по углам и двухэтажной пылью на подоконниках, раскрасневшийся от возмущения Вреднюк.

Дело в том, что царица Лень была так ленива, что ей даже было лень давать указания об уборке не только всего царства-государства, но и во дворце.

А Вреднюку было совершенно всё равно чисто или грязно в том месте, где он живёт. Поэтому дворец своей неухоженностью напоминал сарай для животных. Все лампы в огромных люстрах горели тусклым, жёлтым светом от накопившейся на них пыли. Грязь, хаос и беспорядок, царящие в многочисленных апартаментах, хотя сейчас их лучше назвать обычными комнатами, напоминали разгром.

– Что случилось, дорогой? – обеспокоенно спросила Лень-матушка.

– Этот зануда Умник посмел мне, царю, сделать в очередной раз замечание. Его нужно срочно казнить! – надрываясь, кричал во всё царское горло Вреднюк.

– И что же он сказал? – возмущённо, поинтересовалась Лень.

– Он заявил, что я веду себя не так, как подобает царю. Ведь, видите ли, царь показатель воспитанности, справедливости, ума и чего-то там ещё, я не запомнил, – вопил Вреднюк, размахивая руками так, будто собирается взлететь.

– Да, действительно зануда, а ещё умником себя называет, – задумчиво произнесла Лень, а потом добавила, – не нужно его казнить, мы накажем его, но по-другому и не только его, а всех, кто живёт в нашем государстве.

– Как это? – проявив любопытство, спросил Вреднюк.

– Мы устроим им невыносимо каторжные условия жизни. Вели сегодня же издать указ о том, чтобы разрушили школы, сожгли учебники и, самое главное, не работали, не занимались спортом и ни о чём не мечтали.