Сказы Матушки Оки

На перламутровых раковинах писала приглашения гостям, а колючие окуни доставляли почту по всей реке. Свадьба тешиловской русалки и зибровского водяного готовилась с невиданным для Оки размахом.

Через два дня свадебные наряды были готовы. Портной с помощью подружек невесты – двух молоденьких русалок с зеленоватыми волосами – стал наряжать невесту. Он облачил подводную деву в расшитую жемчугом белую рубашку с прозрачными широкими рукавами, а сверху пришёлся впору ярко-красный сарафан с золотым поясом. На голову Янки Митька водрузил венок с горящими алмазами и рубинами, а волосы скрепил прекрасным гребешком с голубыми сапфирами.

Лучшие кольца и браслеты украсили тонкие руки водяницы.

– Какая прелесть! Молодец, Митька! Угодил так угодил! – запищали довольные молоденькие русалки. – Янка, никто из наших отродясь не видел ничего более прекрасного! Портного стоит щедро наградить!

– Он знает свою награду, оттого и старался! Не тараторьте и не мешайте примерять! Лучше помогите.

Сама радостная Янка крутилась около зеркала, рассматривая наряды при бледном свете Луны.

Да и Митька любовался ладной суженой водяного и ожидал обещанной награды. Вспомнился отчий дом, сирень под окном и толстый рыжий кот у крынки с молоком…

– Янка, смотри! Портной-то твой уснул! – зашептали молодые русалки.

– Намаялся – так старался! Молодец! А вы потише, бестолочи, пусть чуть-чуть отдохнёт. Я скоро отпущу его на родимый берег. Просто не знаю: что его так тянет в мир людей, зачем собирается вернуться? Лучше бы остался у меня на хозяйстве: жил бы в достатке и сытости.

Мало ли под водой свадеб и праздников, эх… Ну, да ладно – уговор дороже денег. Я ведь тешиловская русалка, а не какая-нибудь базарная девка! Моё слово – закон! Как сказала, так и будет!

– Хорошо ты придумала, Янка: вот тебе законный супруг – водяной, а рядышком – красавчик портной!

Русалки захихикали, но, увидев строгий взгляд невесты, умолкли.

– Плывите к себе, будет надо – позову, – отослала русалок невеста.

Всё замолкло в подводье, потемнело. Янка склонилась над уснувшим парнем. Осторожно убрала пряди волос со лба и глаз, и лунный свет заскользил по белому, как холст, лицу. После русалка чему-то улыбнулась и взяла его на руки, нежно положив Митькину голову себе на плечо. Так она и поплыла с портным по лунной дорожке, в загадочный мир людей. С каждой минутой ей становилось всё печальнее, родная река впервые в жизни показалась дикой и неуютной.