Сказы Матушки Оки

Долго маялся Лель со своей несчастной долей, не одну пару лаптей износил, да, видно, такова его судьба – оттого навечно оставил поиски невесты. В одиночестве он воротился на брег, где его когда-то нашли среди речного сора. Впереди его поджидала лютая зима, и вместо сватовства ему следовало засучив рукава строить жилище и готовить припасы.

На берегу родной реки, в прибрежной круче, среди стрижиных нор, златовласый сирота выкопал себе пещерку, где прятался от проливных дождей, а в холода согревался около огня. Дабы не умереть с голоду, Лель занялся исконным мужским промыслом – рыбалкой и охотой.

Парень пережил первую зиму, кое-как дотянул до весеннего тепла и ледохода. Спасла речная снедь: окуни и ерши, плотва и раки. Миновал год, следом за ним на можжевеловый крючок зацепился следующий – сырой и неприветливый. Ничего не менялось: река по-прежнему, как и в незапамятные времена, несла вдаль свои тусклые воды, а люди берегли оставленные предками традиции.

Народ сторонился обители молодого отшельника. Уханье филина и шелест волн стали для Леля привычнее человеческой речи. В подземелье долетали то порывы ветра, то шум игрищ русалок и водяных. Порой по ночам на берегу из поднявшихся словно из ниоткуда белокурых волн, с шумом и в пене, являлись стада чёрных, как ночное небо, коров и табуны подобных снегу лошадей самого Водяного царя. Они паслись в подлунном мире, в разлитом на лугу молочном тумане, и на всю округу разносились свирепые удары пятернёй по камням, загодя предупреждая путника о подстерегающей на берегу смертельной опасности.

Снова весна. В овражке от тающего снега ручей разлился и подтопил луга. Начинался нерест. Поставил Лель среди камыша и рогоза сеть. Поутру проверил – попалась зубастая щука. Обрадовался сирота неверной рыбацкой удаче и уже рассчитывал наварить сытной ухи, но тут нежданно-негаданно говорит рыба человечьим голосом:

– Лель! Отпусти меня домой, в родную реку! А то без меня краснопёрые окуни проглотят моих мальков!

Пожалел парень речную жительницу и отпустил с миром в серые воды.

Чёрным стрижом над сушей мелькнуло несколько погожих деньков. Вот уже по небу потянулись шумные косяки птиц назад, в северные земли. Неистовое торжество весны продолжалось, невзирая на оставшиеся кое-где под ногами рыхлые снега и утренние заморозки.

На рассвете в тумане среди камышей в обрывке рыболовного невода запутался белокрылый лебедь.