Скорей рисуй дракона!

– Ауууф! – ребята внизу ликовали.

Это было крипово, реально страшно. Но с тех пор Ирка стала крашем для некоторых парней, а мы с параллелью даже неожиданно подружились и договорились вместе готовить новогоднюю школьную тусу – сразу на два класса.

Только для Ирки везение почему-то закончилось.

* * *

Я пригласила её в гости, но мама от Иры была, мягко говоря, не в восторге:

– Не ест мясо и странно одета. Она плохо на тебя влияет, найди друзей получше, Тоня! (Ну мам!)

Хотя я уверена, что именно Ирка спасла мамину любимую гортензию, которая тихо умирала в горшке на кухне («Ты же помнишь, я леший», – подмигнула мне Ира, пошептавшись с гортензией).

Оценки у Ирки были отличными только по биологии, по другим предметам она еле-еле вытягивала. Директор школы обратила внимание на отстающего ученика спецкласса, и это сыграло против неё.

– Перекрасить волосы, сегодня же! – отчеканила Виктория Леонидовна, зайдя в класс перед первым уроком.

– Нет! – возразила ей Ирка.

– Что значит нет, Ирина?

– Я не буду, мне нельзя!

От возмущения Виктория Леонидовна побагровела и выпалила нашей Светланке Николаевне:

– А ведь вы мне обещали! Где ваша благодарность за то, что разрешила взять в класс сестру! Не перекрасит волосы – отчисляем! – отчеканила она и вышла, хлопнув дверью.

Наша Светланка Николаевна села на стул, прямо на мокрую тряпку, которой только что вытирала доску. Сгорбилась и молча смотрела на Ирку, нервно перебирая кружево на своём воротнике белыми от мела пальцами.

Мы обомлели. Сестра?

* * *

Иру перевели в другую школу. Я долго её не видела, скучала. В моём сердце осталась дырка, похожая на дырку в Ирином джемпере с надписью No more rules, – маленькая, но грозит всему джемперу стать со временем одной сплошной дыркой.

А потом я придумала для Ирки её историю, её сказку. Сама от себя не ожидала. Записала в блокнот с еловым узором на обложке и отнесла Светланке Николаевне – чтобы передала ей. От друга.

Где-то глубоко в лесу

Я старая, очень старая.

Серебряная змея годовых колец плотно обвила моё сердце.

Я лохматая. Тяжёлая.

Мои корни – глубоко в земле. Они уходят туда, где стихает шёпот корешков растений, грибниц, червей и подземных рек. Туда, где становятся слышны голоса горячих великанов Внутреннего мира.

Моя макушка пронзает вату облаков и кисель туч. Я читаю мысли Неба.

Чувствую всю себя и всё в лесу.

Я родила Её. Прошло почти сто лет, а Старшей ещё нужно обучить Младшую.