Любовь рикошетом, или Правило бумеранга

А сейчас, за секунду, с одним глухим ударом своего сердца, преодолеваю расстояние между нами и со всей силы, оглушающе бью его по затылку рукоятью пистолета. Его телефон летит на пол. Я вздрагиваю под треск разлетевшегося корпуса. Ветер, как подкошенный, падает. Прямо на меня, поэтому я делаю пару шагов назад, позволяя ему рухнуть к себе под ноги…

«Может быть, так будет легче?» – спрашиваю себя.

Замираю над ним. Не просто перестаю дышать, а даже сердце, кажется, больше не стучит, стараясь не отвлекать меня на подсознательный подсчет пульса.

Еще раз поднимаю оружие, прицеливаясь в лоб распластанного передо мной мужчины. Осталось самую малость – просто нажать на курок. Только просто ли?! Палец не слушается моего приказа. Он будто стал отдельной частью моего тела, зажившей своей жизнью…

Ненавижу так сильно, что хочу убить! Эта ненависть со временем стала патологической. Желаю его смерти искренне, неистово, как никогда ничего не желала и не прошу у судьбы больших подарков. Мне нужна только его жизнь.

За ней я пришла. Я мечтала забрать ее так долго!

Два года, бережно лелея план своей мести, я глупо считала, что мне, с моими навыками в стрельбе, будет легко убить человека. Один щелчок спускового крючка и этого монстра больше нет. Не будет моих бессонных ночей, не будет монотонных однотипных дней, слипшихся в один вязкий кусок серого безжизненного пластилина. Все это время я готовилась и выжидала лучший момент, всей своей измученной душой стремилась к развязке и вот она. Второго такого шанса может не быть…

Еще раз подняла руку, прицелилась и… с разочарованным выдохом опустила пистолет, с трудом снимая одеревеневший палец с нагретого курка.

В нерешительности застыла, рассматривая абсолютно беззащитного сейчас мужчину. Понимала, что время идет на минуты, что совсем скоро он придет в себя. Нужно завершить начатое сейчас или уходить.

Секунда… Вторая…

«Дура!» – кляла себя.

Но решение мной уже принято.

Все внутри меня с ним не согласно и изъеденный ненавистью организм скручивает от фантомной боли.

Но я, игнорируя желания своего черного от злости сердца, мучительно застонав, разворачиваюсь и уверенным шагом иду к выходу. Уже там поднимаю свой клатч, ранее брошенный мной на пол и решительно поворачиваю ручку, щелкая дверным замком. Но, поддавшись шквалу навалившихся негативных эмоций, быстро возвращаюсь назад к неподвижному мужчине. Нагнувшись к нему, достаю из сумочки свою помаду и рисую ей на его лбу красную мишень.