Цвет ярости – алый

– В смысле? – не понял Топор.

– Не одену эту бижутерию, – пояснил Волк. – Что тогда? Сомневаюсь, что Таран дал добро травить меня током – перед самым-то боем. Что дальше?.. Желаете собственноручно надеть на меня эту штуковину? – Курт тряхнул цепь, как пленник замка Иф. – Прошу.

Безволосые вновь обменялись озадаченными взглядами. Топор подкинул пульт управления на ладони, но не притронулся к клавишам. Ситуация была далека от предписаний «шефа», позволявшими использовать электрошок именно сегодня.

Но в то же время, пленник отказывался подчиняться приказу, которому Таран придавал такое значение.

Страйкер, усмехнувшись, избавил увальней от необходимости решать эту дилемму. Так чайник убирают с огня, дабы не отвалился носик…

– Ладно, – буркнул он. – Чего уж там…

Он просунул лапы в кольца на цепи. И, стараясь, чтобы те не спали с него при каком-нибудь неосторожном движении, натянул на голову капюшон. В нем обнаружились два тонких разреза, аккурат против глаз.

Если постараться, через эти захудалые оконца можно было относительно четко воспринимать внешний мир (во всяком случае, его визуальные проявления, потому как звуки и запахи на протяжении всей жизни давали Волку куда более полную картину). При этом не придется надеяться на периферийное зрение, а о происходящем за спиной можно будет только догадываться.

Как бы там ни было, внешне его облачение, по-видимому, представлялось довольно экстравагантным. Длинный балахон, волочащийся по полу, с высоким капюшоном и длинными рукавами… Плюс – мрачного вида цепь, болтающаяся на уровне гениталий.

Наряд еще тот.

– Сойдет, – кивнул Нож. – А теперь выходим. Но смотри, без глупостей. На этот раз церемониться не станем…

Топор красноречиво крутанул пульт на цепочке.

Волк стоял не двигаясь, покуда Нож возился с замком. И, традиционно не открывая двери, отступил в сторонку. Двое других безволосых поспешили к той двери, что предваряла лестницу.

За чем вообще они приходили, Страйкер так и не понял. Вероятно, для солидности, хотя обычно конвой состоял из двух человек (остальным, просто-напросто, было негде развернуться на узкой лестнице и в камере).

– Вперед, – велел Топор.

Скрипнув зубами, Волк двинулся к решетчатой двери. Распахнул ее единственным ударом – с такой силой, что та ударилась о каменную стену. Прежде, – отстраненно отметил он, – такого не случалось.