Сокровища

От них пахнет одновременно их с мамой квартирой, подъездом и заграничной посылкой с печеньем и конфетами, поездами и самолетами, на которых Ася не то что не летала, но никогда их не видела.

Ася посидела над коробкой с сокровищами еще немного и, когда стало совсем невтерпеж, закопала ее под кустом крыжовника – там точно никто не найдет.

– Не скучайте, – сказала она сокровищам. – Я скоро вас навещу.

Она направилась к калитке, которая вела в сарай, к туалету и к Премерзкому.

Премерзкий

Ася взяла прислоненную к забору палку и осторожно открыла калитку, просунула голову в щель и оценила обстановку.

Двор перед сараем был пуст. Дядя Миша размахивал вилами в конце двора – перекидывал накошенное сено в сенник. Слева из открытой двери сарая слышалось хрюканье свиньи. Дальше за дверью – низенький ивовый плетень, оттуда выглядывают пушистые желтые головы и доносится тихое кряканье. Индюка не было видно, но он, скорее всего, сидит в засаде в сарае, напротив двери в уличный туалет, и поджидает Асю.

Ася оценила расстояние до туалета и прикинула, сколько бежать. Выходило секунд пять. Она тихонько, стараясь не скрипеть калиткой, вошла во двор и, держа наготове палку, кинулась к двери. Но на полпути из сарая с победным криком выскочил индюк и с гоготом бросился на Асю. Она заверещала и, держа палку перед собой, отступала спиной, к дяде Мише. Пока индюк примерялся, с какой стороны напасть, дядя пришел на помощь.

– А н-ну, я тебе! – крикнул он из-за Асиной спины, и оттуда же в индюка полетела деревяшка, да только тот успел увернуться.

 – Иди отсюда, давай. – Дядя Миша вилами загнал индюка в сарай, наподдал ему напоследок и закрыл дверь на задвижку.

Ася – сил нет терпеть – бросилась в туалет.

Индюка дядя Миша принес с работы зимой. К лету он вырос в гору перьев и мяса с отвратительным характером. С утречка мерзкий индюшара выходил во двор и стоял у двери в туалет, поджидая первую жертву. Если приходил дядя Миша, он с недовольным ворчанием убирался обратно в сарай.

Но если выгонять корову приходила тетя Маша, ей приходилось брать палку и отбиваться. В первый же день Аси в деревне Премерзкий определил ее как самую слабую и налетал каждый раз, когда она приходила в сарай.

Выйдя из туалета, Ася перегладила всех утят – они не боялись, забирались на руки и нежно пощипывали; потрепала за морду дворового пса, встала на короб с кормом и заглянула в сарай – под маленьким окошком без стекла разлеглась в загоне громадная свинья.