Солнечная магия

 – Он и сейчас есть…

Неожиданно ее сердечко похолодело, и она новым взглядом посмотрела на провал в потолке пещеры.

– Наперсток! – ахнула Кукса. – Он улетел! Как же Ловкач?

– Тоже улетел, – заметил Бобрик. – А тебя здесь бросил.

– Это в тебе говорит ревность, – Кукса стала поспешно вытягивать пружинный шнур, до сих пор висевший на том же месте, где она его оставила. – А я уверена, что граф успел вытащить его оттуда. Ловкач очень нужен Сокольнику – только не пойму, зачем. Идем искать графа.

Бобрик возразил:

– Он наверняка давно во дворце.

Там его не достанешь.

Кукса, как раз обматывающая шнур вокруг талии, замерла с поднятой рукой, потом обернулась к мальчишке и с такой уверенностью, которая может быть присуща, допустим, большому айсбергу или, скажем, набирающей ход горной лавине, заявила:

– Я доберусь до него, где бы он ни был!

Из-за поворота каменной полки донеслось яростное тявканье и топот. Потом оттуда вынеслось пять приземистых тел.

– Осторожно! – завопил Бобрик.

Первое из нападающих существ, оттолкнувшись короткими кривыми лапами, стремительно прыгнуло на нее.

Кукса присела, и гончая, пролетев над ее головой, исчезла за краем полки. “У-у-у-уй!!!” – разнесся над подземным городом разочарованный вой. Не обращая внимания на Бобрика, четверо других тварей засновали вокруг Занозы, которая выставила перед собой руку с предпоследней “выручалкой”.

* * *

После смерти старого короля городской палач, всеобщий любимец, весельчак по имени Бурун Тавот скрылся в неизвестном направлении.

Но такой крупный город, как Лаверикс, просто не может обойтись без палача, и на эту должность Мармадук временно назначил единственный родственник Буруна, его племянника, которого звали Заклад Тавот. Даже Мармадук, отличающийся житейской непрактичностью, вряд ли смог бы найти более неудачного кандидата на должность палача.

Есть люди, которые боятся змей, есть те, что не переносят пауков или, допустим, как маленькие дети, пугаются темноты. Заклад Тавот страдал редкой болезнью под названием остробоязнь – его страшил любой острый, колющий и режущий предмет.

А еще он не переносил вида любой жидкости красного цвета. Он даже не пил красного вина. Пока что Закладу Тавоту еще не приходилось выполнять свои непосредственные обязанности, чему он был очень рад.

Итак, новый городской палач проснулся от громкого стука в дверь. Сладко потянувшись, Заклад выполз из-под одеяла, обул тапочки и прошлепал к двери.