Солнечная тропа

Акимыч же не отрывал глаз от сумрачной заводи.

– Вишь ты, дышит чёртова бездна, – вслух подумал он.

– Почему бездна? – не понял Лёнька.

– Потому что озеро это провальное, – рассеянно ответил дед, – бездонное…

– Совсем нету дна?

– Дно, конечно, должно быть, но никому его не доводилось ни достать, ни увидеть, уж больно глубоко. Помню, по молодости и нам приспичило как-то чёртов колодец измерить. Связали несколько верёвок да с камнем на конце с плота и бросили. Всю верёвку, Лёнька, размотали, а камень тянет и тянет.

Тут нас оторопь взяла, верёвка-то саженей в тридцать вышла. Переглянулись мы и давай к берегу грести что было сил. И верёвку даже тянуть не стали, пропади она пропадом!.. Пускай удавится ею чёрт водяной! – с неприязнью закончил Акимыч.

– Кто удавится, дедушка?

– Да я же и говорю тебе – водяной!.. А то ещё сказать – озёрный дух. Вишь, какое место для житья себе выбрал. Это озеро исстари Чёртовым слывёт, сколь народу кануло в него без возврата! Многие не то купаться – и близко подходить боялись к дьявольскому владенью.

Ведь зазеваешься – и утащит пучеглазый жабьими лапами на самое дно!

– Ты, дедушка, и водяного видел? – готов был поверить Лёнька.

– Нет, милый, Господь уберёг, – облегчённо вздохнул дед. – Увидеть водяного – это, Лёнька, всё одно, что накликать неминучую беду на свою голову. А вот деда моего, Матвея Спиридоныча, свела-таки судьба с нечистым. И великое горе он, Лёнька, про то имел.

Акимыч оглядел напоследок недоброе озеро и махнул рукой:

– Пошли-ка, Лёнька, на озеро Светлое… А по дороге я тебе расскажу, какое мой дед горе принял.

…Приключилось это давно, когда деда ещё Митькой кликали, ему в ту пору десятый год всего пошёл. Пески были тогда большими да богатыми. И жила в них девочка Настя, ровесница деду. Дружили они сызмальства, чуть не с пелёнок, и уж как дружили – водой не разольёшь. Взрослые, глядя на такую недетскую привязанность, толковали, что быть Митьке да Настеньке всю жизнь вместе. Ан вышло по-иному.

Пошла как-то Настенька с матерью в лес, то ли за ягодой, то ли за другой какой надобностью. И как набегались по лесу, приустали, вывела их дорожка на это распроклятое озеро. Его бы обойти стороной, да как нарочно пить схотелось. Настенькина мать и задумала набрать здесь водицы. Дочку на бережку оставила, а сама стала тропинку к воде искать и отошла далече от девочки. Вдруг та как закричит! Обернулась мать, а Настеньку водяной уже в озеро за косу тащит.