Солнце на дороге

Ну и что делать в такой ситуации? Не молчать же в ожидании, пока тебе отрубят голову?

– Вот ты меня сейчас убьешь, – прошептал Антошин: сил на то, чтобы говорить громко, уже не осталось. – Голову отрубишь… Хорошо. Пожалуйста. Но знай, что я всю жизнь буду к тебе приходить во сне. Потому что те, кого невинно убили, обязательно приходят во сне к своим убийцам.

Мальчик внимательно посмотрел на полковника и произнес тихо:

– Странно… Ты немолодой вроде, а не понимаешь совсем простых вещей. Невинного убить нельзя.

Если убили, значит, боги решили отнять жизнь. Значит, есть вина у человека.

Обрадовавшись, что парень заговорил, Антошин затараторил:

– А родители твои, родители, они что – тоже виноваты?

– Не тебе судить! – крикнул мальчик, а потом прошептал в сторону: – Деревню не защитили, сестер не уберегли… Невинные не погибают.

И парень снова очертил мечом круги по воздуху.

«Следующий удар – по моей голове», – понял Антошин.

Но мальчик, оказывается, хотел рубить вовсе не его голову.

Он подошел к ближайшей осине, одним ударом срубил толстую ветку и начал, спокойно и молча, затачивать ее конец, превращая палку в пику.

– Ты чего это? Ты меня – этим? – возмутился Антошин. – С ума сошел?

И тут услышал над самым ухом:

– Он же считает тебя нечистой силой. Ну а нечистую силу, понятно, осиновым колом надо. Вот люди дураки!.. Придумают же глупости…

Боровой!

Антошин огляделся – никого!

Да и мальчишка, похоже, никого не видел и не слышал. Он продолжал сосредоточенно делать свою жутковатую работу.

Веревки между тем ослабли. Полковник снова услышал голос Борового:

– Головой-то не верти понапрасну: спрятался я. Ты что думаешь, хозяин леса в лесу спрятаться не сумеет? – Одна из веревок упала к ногам Антошина. – Не люблю, когда непорядок. Я порядок во всем люблю. Лес – это ведь порядок. Не бывает, чтобы цветы выше деревьев росли. Или чтобы заяц на лису напал. Обры эти тоже порядок нарушают… Но тут, видишь, не успел помочь. За всем-то не уследишь: лес вон какой большой.

Невидимый Боровой говорил, а сам при этом распутывал веревки.

Наконец Антошин понял, что свободен.

– Ну, вот и всё… – облегченно вздохнул Боровой. – Непорядок бы случился, если б он тебя убил, понимаешь?

Антошин с радостью согласился:

– Конечно. Спасибо тебе! Ты меня спас!

– Я вой как услышал – прибежал. Ты выл, что ли?

– Мм… – Антошин почему-то смутился.

Боровой вздохнул.

– Тяжелая у тебя жизнь, если ты так воешь.