Солнце на дороге

А человек продолжал свои заклинания:

– «А не дадут тебе позорища, утопи его в слезах, да убегут от твоего позорища! Будь мое слово при тебе крепко и твердо век веком! Век веком! Да поможет мне Сварожич – сын Сварога! Да поможет мне!»

Как исчезла старуха, полковник не заметил. Казалось, она просто растаяла в черном лесу.

Выскочила луна. И Антошин увидел, что вместе с сумасшедшей бабкой исчез и пенек, на котором она сидела.

«Эта старуха пеньки с собой, что ли, носит, как складные стульчики? – удивился Антошин.

 – Бред какой-то…»

Человек положил горящий факел на землю и произнес:

– Давай накидаем на него веток – будет костер… Ты меня спас. И я тебя спас. Это правильно.

Костер начал разгораться. В его веселом свете разглядеть человека напротив было совсем просто. Впрочем, Антошин давно уже узнал его по голосу.

Сомнений не было: перед ним сидел Малко.

Пламя поднималось всё выше.

«Если костер не погребальный, он всегда горит весело», – подумал Антошин.

Малко еще подкинул веток в огонь и спросил:

– Ты, что ли, не знаешь, что с Лихом Одноглазым встречаться нельзя? Если с Лихом Одноглазым встретишься, оно на тебя такую порчу наведет – век мучиться будешь.

Полковник усмехнулся:

– Ты ничего не путаешь, Малко? Я же встречался с ним, говорил. Где же порча? Или она позже возникнет? Как тут у вас принято?

– Не волнуйся. – Малко шевелил ветки в костре. – Почему-то не смогло оно тебя пронять. Видать, потому, что ты инородец.

– Инородец, – согласился Антошин.

– Странно.

А я думал, инородцы немые всегда. – Малко задумчиво помолчал и продолжил: – Вот если бы вы с ним руки друг другу пожали – тогда уж всё. Конец тогда уж. Инородец ли ты говорящий или местный кто – все одно конец.

Мальчик внимательно посмотрел на Антошина.

«Сколько ему лет? Тринадцать? Четырнадцать? Больше? – подумал Антошин. – Хотя… Если у человека на глазах зверски убивают родителей, он, наверное, мгновенно становится взрослым. А может, вообще здесь дети быстрей взрослеют. Мой-то сын его ровесник, а совсем пацан.

А этот – уже мужчина».

Малко прошелся по поляне, взял оба меча, которые принес с собой Антошин, и на всякий случай положил рядом с собой.

Он посмотрел на полковника и спросил требовательно:

– Я немножко понимаю язык обров… Мало, но понимаю… Ты ведь сказал им, что я – твой друг. Зачем ты это сказал? Почему ты спас меня? Прежде чем я тебя убью, я должен это выяснить… Отец говорил, что тайна для того и существует, чтобы ее раскрывать.