Высшая лига убийц

 – на вызов ответила какая-то заспанная физиономия, никоим образом не вязавшаяся ни с флотской дисциплиной, ни с осадным положением – в частности.

– Где Билл?..

– Это вы, легавые… – Физиономия зевнула. – Нету его. Решил передохнуть. Что передать?..

– Мне нужно переговорить лично с Биллом, – не отступал капитан. – Дело особой важности.

– Ага, капитулируете?..

– Напротив. К вам посетитель. Не знаю, чем обернется для вас этот визит, но он из Спирального Рукава, – доверительно проговорил Фортс. – Небезызвестная личность.

– Кто именно?..

Парень помедлил, будто раздумывая, нарушать ли тайну.

– Ладно, скажу. Блэйз Троуп по прозвищу Громобой.

– Боже!.. – Собеседник побледнел и судорожно огляделся (вероятно, решив, что охотник прибыл персонально за ним). – Я о нем слышал. Что ему понадобилось в наших краях?..

– Понятия не имею. Он так настаивал, что мы не смогли отказать.

– Погодите-ка, – опомнился юнец. – У нас тут преступников нет. Только злостные неплательщики.

– Вот именно.

– Минутку. – На этой ноте связь прервалась.

Троуп потянулся. Эта история нравилась ему все больше и больше. Он сам себя недооценивал. Энджел Доусон – просто сопливый щенок, о котором слыхали лишь преданные фэны.

Красавица ИскИн не произносила ни слова. Ее улыбка, впрочем, говорила лучше всяких слов.

Вновь вспыхнул красный диод.

На экране появился ни кто иной, как Чугунный Билл. Собственной персоной.

– Эй, кто меня спрашивал? Громобой?.

– Я здесь, Билл, – ответил Блэйз, выходя на связь. – Не могу признаться, что рад тебя видеть – наше знакомство было весьма специфическим. Однако, это приятная встреча.

– Что тебе нужно?..

– Информация. Мы поговорим, и я без промедлений улечу.

– Легавые, хитрые крысы!.. – Билл мрачно оскалился. – Отчаялись взять меня голыми руками, и решили подослать убийцу! К твоему сведению, я не числюсь в Межпланетном Розыске.

– Ты третий, кто мне сегодня это сообщает. Кроме того, я не убийца.

– А я – Санта-Клаус!.. – рассмеялся судостроитель (натянуто, без намека на веселье). – Знаем, как ты ему служишь. В твоем исполнении сухие строки становятся кровавым полотном.

– Такова жизнь. Хотя я бы сказал, что добавляю в Закон своего рода изюминку. Вино также красного цвета, – заметил Троуп. – Историю вершат самые обыкновенные люди.

– Довольно патетики, – морщится Билл. – Ради каких таких данных ты преодолел парсеки?..