На шхуне Скопа по южным морям. Погружение в прошлое

Полицейский только покачал головой, и по тайской привычке не лезть в чужие дела не добавил ни слова. Оформил все документы и отпустил. Теперь Чен вспомнил о нём, видя как со стороны камбоджийского берега к ним идёт небольшая деревянная лодка под мотором. Она ничем не отличалась от обычного рыбацкого баркаса средней руки, но что-то насторожило шкипера. Он посмотрел на приближающихся «рыбаков» в бинокль, сетей на носу лодки не было, зато стоял один человек и отчаянно жестикулировал, призывая остановиться.

– Лин, у нас гости, будь в кубрике, если что, слушая меня.

Включи рацию на аварийную волну.

– Ой, тирак. Чего они там?

– Не знаю. Но говорят, пиратов в этом море много, офицер предупреждал…

Лодка, не сбавляя хода, заложила круг и зашла с морской стороны к шхуне. Человек на носу потрясал кулаками неоднозначно, но орал совсем смешное.

– Coca Cola, Coca Cola…

– Колы хочет. Еще, наверное, и со льдом, – усмехнулся Чен. В памяти всплыли красноярские тёмные дворы и окрик «закурить есть»…

Лодка профессионально привалила к борту шхуны, и «рыбак» запрыгнул в кокпит, ловко уцепившись за леер.

Теперь у Чена уже не оставалось сомнений в намерениях прибрежных бандитов. Тем более, что под рубашкой гостя ясно виднелась рукоять пистолета, а в руках двух других, что оставались в лодке, были тесаки. Один из них уцепился за борт шхуны и притягивал лодку тросом с крюком на конце, второй стоял, держа румпель мотора. Он удерживал лодку на ходу вплотную к Скопе.

– Кока Кола есть? Документы, деньги сюда.

Всем оставаться на местах, фаранги! – орал гость на борту и потянулся за своим пистолетом.

Ринда на секунду высунулась из кубрика, быстро нырнула назад. Чен закрепил штурвал и подтянул шкот. Шхуна шла хорошим ходом, а рыбацкий баркас теперь никуда бы не позволил свалиться от ветра.

– Кола есть и даже со льдом, – сказал он громко по-тайски и попятился в люк надстройки, – счас я.

Чен нырнул в кают-компанию и снял со стены висевшую там на почетном месте катану.

Этот атрибут боевых искусств был данью прошлому и украшал общее пространство, создавая определённую атмосферу. Чен любил его.

– Вызывай береговую полицию, – бросил он жене и вышел наружу.

Пирата округлились глаза и зло ощерился. Рука его передернула затвор старого пистолета внушительного вида из-за своих размеров. Чен решительно поднял катану, упершись ногами в палубу. Раздалось несколько выстрелов, по лезвию что-то дзенькнуло, едва не выбив меч из рук.