Ведьма Дженни может объяснить

Внезапно тишина взорвалась звуками громкой оркестровой музыки, источник которой, несомненно, находился в доме. Любопытство заставило меня развернуться и пойти на звук – я просто не могла не идти.

На столе в кабинете стоял патефон, но стоило мне зайти внутрь, музыка смолкла, а дверь за моей спиной захлопнулась.

Я обернулась: у двери стоял мальчишка с огромными синими глазами, тот самый любитель плеваться. Сначала сердце у меня ушло в пятки, а потом пришла здравая мысль, что, возможно, неблагодарный Салазар заслуживает того, чтобы его ковры немного пострадали.

– Как ты сюда попал?

(Глупый вопрос. А как я сюда попала. Может нам пора организовать "Гильдию прогульщиков"?)

– Это ты поставил пластинку?

Он смотрел на меня во все глаза и молчал. Похоже, смелым он был только в окружении шумной толпы на школьном дворе, где можно скрываться за чужими спинами.

– Сюда нельзя приходить. Больше никогда этого не делай, ясно? Соседи увидят и вызовут кого-нибудь из Полицейского управления.

(Ха-ха, попробуй найди себе соседей в этой старой части города).

Но глупый мальчишка даже не понял шутки, зато подал голос.

– Я с Шарлоттой!

"Это дело моей жизни, Дженни". Ясно, какое. Легко представить, как Шарлотта ходит по дому, роется в книгах Салазара, трогает и переставляет регалии на его Алтаре!.. Я подтолкнула Роберта к глубокому креслу у камина. Огонь уже угасал, но было ещё тепло.

– Оставайся здесь. Ничего не трогай, или я тебе врежу, ясно?

Я взбежала вверх по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки и чуть не сбила свечи, которые сама же на них поставила.

Оттаскаю Лотти за волосы, если она к чему-нибудь прикасалась! (Да, я уже не считала себя последователем Хэттстоунского ведьмака, но чувствовала, что должна защитить его вещи. Согласна, звучит глупо, но мне было двенадцать).

Шарлотта сидела в коридоре, прислонившись спиной к двери Алтарной, на потускневшем зелёном ковре, покрывавшем половину этажа, и тяжело дышала. Глаза моей бывшей подруги были прикрыты, ресницы подрагивали, к груди она прижимала самодельную тетрадь, распухшую от зарисовок и записей.

(Забегая вперёд, скажу, что Лотти могла стать превосходным художником, если бы не пошла в журналистику вслед за Робертом, подобно крысам, зачарованным игрой Пёстрого Флейтиста).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.