Считаю до трех

«Уважение и авторитет только у сильных и у везучих» – так говорил отец, и Лёшка с ним был совершенно согласен.

Он вспомнил, как вызвал его тренер. Лёшка занял второе место на городских соревнованиях, и ему только что вручили Почётную грамоту. Вот уж действительно – готовишься к радости, а получается несчастье.

–

Как у тебя дела в школе? – спросил тренер вместо поздравления.

–

Обыкновенно, – холодея от предчувствия беды, сказал Лёшка.

–

Звонил завуч, – глядя в окно, сказал тренер. – У тебя три двойки в четверти…

–

Но я же всё время на тренировках… – прошептал Лёшка.

–

Я тебя предупреждал? – всё так же не оборачиваясь, спросил тренер. – Ты мне что обещал? – Он поднялся и стал ходить по тренерской. – Ты кем собираешься быть?

–

Дзюдоистом! – выпалил Лешка

–

Нет такой

профессии! Отрезал тренер, – В общем, так, – сказал он, опять поворачиваясь к окну, словно там

за окошком было что-то такое интересное, от чего этот плотный широкогрудый человек с крепкой шеей и с седыми висками никак не мог оторваться.

 – В общем, так! Исправишь двойки – приходи.

–

Но я же в секции самый способный! – закричал Лёшка.

–

Ну? – спросил тренер, обернувшись к мальчишке, словно впервые его увидел.

–

Я же всех победил. Я – чемпион! – опять закричал Лёшка.

–

Что? – поднял брови тренер. – Иди исправляй двойки!

Наверное, у Лёшки в это время было такое лицо, что тренер смягчился и добавил:

–

Кимоно можешь оставить у себя, до возвращения.

Он положил руку Лёшке на плечо. Но мальчишка стряхнул её…

«Выгнали! Выгнали!» – эта мысль постоянно стучала у Лёшки в голове.

–

Ну, ничего! Ничего! – приговаривал он, обливаясь потом, тридцатый, сороковой раз отжимаясь от пола. – Я ещё вам всем покажу! Перейду в другое спортивное общество, я всем из этой дурацкой секции пятки на затылок заверну. Не исподтишка! Честно! На соревнованиях. И вы ещё, товарищ тренер, пожалеете, что выгнали меня.

Он не собирался исправлять двойки, а целыми днями возился с эспандером и гантелями, с пособиями и рисунками по дзюдо.

У него болели мышцы, но, стиснув зубы, Лёшка продолжал тренироваться в одиночку днём, а по вечерам отрабатывал приёмы со Штифтом.

–

Вот ты уйдёшь, я без тебя здесь совсем пропаду! – вздохнул Штифт.

–

Я тебя год учу драться! – сказал Лёшка. – Ты кучу приёмов знаешь и не слабак, а защитить себя не можешь! Ты же не трус!

–

Не трус! – согласился Штифт.