Тайна ведьмы Урсулы

Он взглянул на Юсинь по-новому— она открылась ему, как открывается книга, которую ты прочел давно и не слишком внимательно.

По привычке Милька считал гудки в телефоне. От каждого унылого гудка сердце его вздрагивало. Оно было похоже на пустой стеклянный сосуд, в который бросают звонкие монеты, – ударяясь о тонкие стенки, они причиняли боль.

Сегодня Юсинь попросила Мильку не провожать её. Она была еще задумчива и печальна. Милька страдал от того, что не знал причины её волнений, а потому не мог помочь.

Он хотел убедиться, что Юсинь уже дома, пьёт чай, играет со стариком Микой или делает зарисовки в одном из трёх своих блокнотов.

Но телефон молчал.

Милька обтёр ставшие влажными ладони о джинсы— если он не дозвонится, то сейчас же отправится к ней домой.

Гудок, ещё гудок…

– Да, говорите! – Голос незнакомца заставил Мильку подскочить с места.

– Где Юсинь? Кто вы?

– Я просто шёл мимо и увидел девочку. Она лежит здесь, на дороге. Кажется, упала в обморок. Телефон все звонил и звонил, я решил взять.

Вы её друг?

– Где это место? – крикнул Милька и, едва дослушав ответ, выбежал из комнаты.

Сон

Сворачиваясь в клубки, сцепляясь хвостами, скрещиваясь шипящими языками, по шее Урсулы ползали чёрные гадюки. Они то и дело хищно замирали у самого ведьминого лица, готовясь к смертельному укусу, но, так и не сделав его, снова принимались извиваться в своём хитроумном танце. Юсинь смотрела на них заворожённо, не в силах пошевелиться, отвести взгляд, и, только когда одна из змей, соскользнув с Урсулы, шлёпнулась на пол и направилась к Юсе, девочка опомнилась.

Она попыталась сообразить, как следует вести себя при встрече с гадюкой, но, не сумев с ходу разобраться в своих скудных знаниях на эту тему, решила бежать. Ей показалось, что лучше всего стремительно броситься к изголовью Урсулиной кровати и попытаться разом сбросить змей длинной палкой, которая отчего-то уже находилась у неё в руках. Но лишь только Юсинь собралась бежать, Урсула открыла глаза. Ведьма повернулась к Юсе и глухо произнесла: «Помоги мне. Спаси меня». В эту же секунду гадюки с остервенением вцепились в шею Урсулы, ведьма скорчилась от боли, а Юсинь проснулась…

Её знобило, как в разгаре болезни, – раньше сны о Стране Туманов не внушали Юсе такого ужаса.

Из окна, занавешенного полупрозрачным тюлем, просачивалась вечерняя мгла. Послушные фонари всё еще дожидались команды неведомого командира начинать свою борьбу с темнотой. Темнота теперь пугала Юсинь.