Тайна пропавшего академика

– Вы бы тут еще больше коряг понатыкали, – с таким укором посмотрел Димка на Петьку, словно тот был и впрямь виноват.

– Мой брат в своем репертуаре, – убедившись, что Димка цел и невредим, покрутила пальцем возле виска Маша.

– А он и в самом деле как стихийное бедствие, – даже с некоторым восхищением смотрела Настя на мокрого и грязного Димку.

– Теперь простужусь, – ныл тем временем тот. – Между прочим, Петька, вода у тебя в ручье очень холодная.

– Ты уж меня извини, – развел руками тот. – Знай я заранее, что ты сюда свалишься, подогрел бы ручей кипятильником.

– Очень, гляжу, вы сегодня все остроумные, – совсем не развеселился Димка. – Пойду переодеваться.

– Зачем? – пожал плечами Петька. – Начнем строить шалаш, все равно испачкаемся.

– Я мокрый. Могу простудиться, – с трагическим видом принялся ощупывать горло Димка. – Там вроде уже немного пощипывает.

– В такую жару не простудишься, – отмахнулась Настя.

– Именно в такую жару случаются самые страшные переохлаждения, – назидательно произнес Димка.

 – А они, в свою очередь, приводят к ангине.

– И как ты только его терпишь, – с большим сочувствием посмотрела Настя на Машу.

– Мы привыкли, – вмешался Петька. – Как-никак знакомы с двухлетнего возраста.

– И Димка уже тогда был точно таким же занудой, – не преминула сообщить новой подруге Маша.

– На себя посмотри, – огрызнулся брат и пошел по направлению к воротам.

– Ты куда? – окликнул его Петька.

– Переодеваться, естественно, – бросил через плечо Димка.

– Да с тобой правда в такую жару ничего не случится, – вновь попыталась его урезонить Настя.

– Пусть лучше идет, – покачала головой Маша. – Иначе еще, чего доброго, от чистого воображения заболеет. И тогда такое начнется…

Маша выразительно закатила глаза.

– Если начнется, плакало наше тайное общество, – разделил опасения девочки Петька.

Димка все делал с размахом. В том числе и простужался. Температура у него всегда поднималась такая, что он бредил.

Затем у него обязательно начиналось какое-нибудь осложнение. Поэтому Димка проводил в постели никак не меньше месяца. А если простуда приходилась на летние каникулы, то время выздоровления могло оттянуться до первого сентября. Так, например, и произошло позапрошлым летом.

– Иди, иди! – поторопил друга Петька. – И поскорей возвращайся.

– Вас не поймешь, – откликнулся Димка. – То отговаривают, то, наоборот, торопят. Никакой логики.