Тайна серебристого лимузина

Вот ведь плакса! Да и не будет она похожа на мальчишку, во что её ни переодень. Будет выглядеть совсем по-дурацки.

Джулиан заговорил с тётушкой про сад. Она была очень признательна ему за то, что он попытался сгладить неловкость, вызванную письмом. Тётя Фанни очень любила Джулиана.

«На него всегда можно положиться», – подумала она и с готовностью поддержала разговор про садовые дела: кто пойдёт собирать малину к обеду и не съедят ли осы абсолютно все сливы.

Дик тоже вступил в беседу, за ним и Энн, а через некоторое время и Берта.

Только Джордж и её отец всё ещё хмурились. Причём их надутые, угрюмые физиономии были настолько похожи, что Джулиан пихнул Дика в бок и указал на них подбородком.

Дик ухмыльнулся.

– Да, яблоко от яблони недалеко падает! – проговорил он. – Хватит хандрить, Джордж! Тебе что, завтрак не нравится?

Джордж решила было сказать в ответ какую-то колкость, но тут Энн воскликнула:

– Ой, вы только посмотрите на дядю Квентина! Он намазал тост горчицей! Тётя Фанни, остановите его, а то он сейчас его съест!

Все покатились со смеху.

Тётя Фанни успела отвести руку мужа ото рта как раз в тот момент, когда тот, продолжая читать письмо, собирался откусить тост с горчицей.

– Эй, ты чего? – спросил он изумлённо.

– Квентин, ты уже во второй раз за месяц намазал тост горчицей вместо апельсинового джема! – укорила его жена. – Да сколько же можно?

После этого все взбодрились. Дядя Квентин посмеялся над самим собой, да и Джордж тоже увидела смешную сторону случившегося и громко расхохоталась, отчего Тимми залился лаем, а Берта захихикала.

Тётя Фанни в душе была очень благодарна мужу за его глупый поступок.

– А помнишь, папа однажды полил жареную рыбу ванильным соусом? – вспомнила Джордж, впервые вступив в разговор. – А потом сказал, что в жизни ещё не пробовал такой вкусной яичной подливы?

За столом стало очень оживлённо, и у тёти Фанни отлегло от сердца.

– После завтрака, дети, помогите Джоанне вымыть посуду, – велела она. – А двое пусть пойдут со мной застелить постели.

– А где моя собачка? – спохватилась вдруг Берта. – Я её так и не видела, я ведь едва-едва успела к завтраку. Где она?

– Можешь прямо сейчас за ней и сходить, – предложила тётя Фанни. – Завтрак закончен. Квентин, ты пойдёшь работать?

– Да, – подтвердил её муж. – И пожалуйста, никаких воплей, криков и лая под дверью кабинета.

Он встал и вышел. Встала и Берта.

– А где конура? – спросила она.

– Я тебе покажу, – вызвалась Энн.