Тайна старого особняка

Элиза и Фрэнк проверяют дома на одной стороне улицы, а я на другой. Большой голубой дом. Белый. Коричневый. И ни один из них не тот, что нам нужен.

Фрэнк все время орет:

– ЭТОТ! НЕТ, ВОТ ЭТОТ! НЕТ, ВОТ ЭТОТ!

Он кричит просто ради того, чтобы пошуметь.

– Карлос! – внезапно произносит Элиза. – Посмотри сюда.

Элиза кивает в сторону желтоватого дома с большими белыми колоннами снаружи и странной лужайкой с живой изгородью в форме йоркширских терьеров.

– Эээээммм. Это он?

– Нет, – отвечает она.

 – Взгляни на окно рядом с входной дверью.

Я прищуриваюсь и смотрю на окно, однако из-за палящего солнца трудно что-либо разглядеть. Но вот я вижу его. Вернее – ее. Там стоит женщина и смотрит на нас в бинокль.

Я вздрагиваю:

– Она что, шпионит за нами?

Элиза пожимает плечами.

– И кто же это?

– П. Шноцледур, – говорит Фрэнк, глядя на надпись на почтовом ящике.

– П. Шноцлетон, – поправляет его Элиза.

– Мне стало скучно на середине ее фамилии, – объясняет Фрэнк.

 – Поэтому конец я придумал.

Я всеми силами стараюсь не закатывать глаза.

Элиза восклицает:

– Она ушла!

Теперь жалюзи на окнах опущены. Интересно, подглядывает ли женщина сквозь щелочки.

– Но кто такая П. Шноцлетон? Это она?

– Я не знаю, – отвечает Элиза, заметно нервничая. – Это было очень странно.

На другой стороне улицы мы наконец-то находим номер 1418 – дом Гвиневры Лекавалье. Подъездная дорожка длинная и извилистая, как червяк, а на другом ее конце находится большой, ГИГАНТСКИХ размеров дом из серого камня.

У него четыре трубы и миллион окон, и он настолько хорош, что трудно смотреть на него без комка в горле. Надеюсь, когда-нибудь мы с мамой сможем себе позволить дом хоть на четверть такой восхитительный, как этот. Я даже согласен на двухэтажный. Или на дом с камином. Или на дом, в котором хотя бы нет странного запаха. Или, на худой конец, на дом, где можно пользоваться кондиционером.

Мама говорит, что деньги не растут на деревьях.

Но, может быть, она ошибается. Потому что Гвиневра Лекавалье, похоже, нашла огромный денежный дуб.

– Карлос? – обращается ко мне Элиза. – Мы зайдем?

Нельзя допустить, чтобы она догадалась, что я сейчас чувствую. И мечтать о деньгах нельзя тоже – это не поможет раскрыть тайну. Нужно сосредоточиться на поиске улик. И тогда у мамы появится возможность спасти свое агентство.

Как говорит мой тренер младшей лиги, надо думать только об игре.