Тайна чудесных кукол

Но красота и грация Деревяшкам не требуется – только исполнительность.

– Постойте, госпожа, погодите, – повторил Гаспар, ковыляя за ней в своей узкой зеленой ливрее.

Слов Деревяшка знал совсем немного, но Ингу он раздражал не поэтому. За пределами отцовских «покоев» – мастерской и крошечной спаленки его дочери – Гаспар следовал за Ингой всюду. Так приказал ему отец, но Ингу эта опека только раздражала. И чего отец так боится? Зачем его дочери собственный телохранитель?

Инга припустила по коридорам бегом, оставив Гаспара далеко позади, а потом задержалась у портьеры, которая отделяла башню для слуг от королевских залов.

Занавеску, по обыкновению, держали задернутой, а стражи стояли и на той стороне, и на этой. Смотрели они строго, так что разглядеть, что там, «у короля», Инге удавалось нечасто. Но сегодня гвардеец подвигал суровой щеткой усов, ничего не сказал, и Инга прильнула к щелочке между портьер без опасений. Сегодня можно, сегодня особый день!

За Занавеской начинался совсем другой мир: золото, зеркала, зелень, которую так любила королева, и паркет с причудливыми узорами из двенадцати сортов древесины.

За Занавеской шуршали шелковые юбки, постукивали каблучки и звучали приглушенные вежливые голоса. Иногда за Занавеской хихикали, но никогда не хохотали, не ускоряли шага и ничего не роняли.

Инге очень нравилась «та сторона», ее чинность, красота и аккуратность. Там, кажется, никогда не бывало суеты, грязи и печалей, и ее страшно манило туда, за Занавеску.

Безотчетным движением она потянулась к цепочке у себя на груди и сжала крошечную подвеску-ключик.

Отец говорил Инге, что эта безделушка когда-то принадлежала ее матери, и Инга не снимала цепочку даже на ночь. Вот бы этот ключ открывал какую-нибудь потайную дверь на ту сторону… Ведь за Занавеску нельзя и нельзя выходить из дворца, в город. Можно, конечно, прогуливаться по дальнему уголку сада, куда не заглядывают придворные, и по заднему двору, отведенному под хозяйственные постройки, но разве между конюшней и складом надышишься? Зато сегодня Инга с отцом не просто покинет знакомые коридоры – она увидит город. Поскорее бы!

Гвардеец кашлянул, и Инга отпрянула. Портьеры схлопнулись, и парадная зала дворца исчезла.

– Постойте, госпожа, подождите! – донеслось из-за угла.

Инга закатила глаза. Гаспар ходил с ней даже на уроки фон Билля: маячил у входа в винный погреб, где на старых бочках корпели над грамотой поварята, три молоденькие горничные, а вместе с ними и Инга.