Тайны московской принцессы

 – Кто кому тумаков навешивал! По-моему, я от тебя их чаще, чем ты от меня, получал.

– Будет подлизываться. Бери лучше кий. Вот сейчас и проверим, кто из нас сильнее. На что играем-то?

– Воля ваша, ваше высокопревосходительство, – снова залебезил Орест.

– Опять ты! – рассердился Константин Шестой. – Никак не расслабишься. Совсем в работе погряз. Кстати, может, на должность твою сыграем? Победишь – останешься, проиграешь – уволю.

– Эт-то, эт-то, – стал заплетаться от ужаса язык у Ореста.

– Шучу, – сжалился над ним Верховный правитель.

 – Куда ж мне без тебя деваться? Все мои секреты знаешь. Если так подумать, опасный ты человек, – голос его из веселого резко сделался угрожающим. – Может, тебя казнить, пока не поздно?

– Ваше высокопревосходительство! – жалобно возопил толстяк. – Я вам душой и телом! С детства! Предан! Жизни не пожалею!

– Вот я тебе и предлагаю не пожалеть, – тон Константина по-прежнему не сулил собеседнику светлого будущего. – Казним – стопроцентно не сможешь предать.

– Ваше высоко… – голос у Ореста сорвался. – Жизнью клянусь, поклеп! Подлый и вероломный поклеп! Напраслину на меня возвели злопыхатели и завистники. Спят и видят на мое место усесться. Ни перед чем не останавливаются. Вот и вводят ваше высокопревосходительство в заблуждение. Как чувствовал. Всех уничтожу!

– Не заводись, приятель, – громко хлопнул его по плечу Константин. – Никто напраслины на тебя не возводит. Я пошутил.

Орест принужденно захихикал, смех его прозвучал, как жалобное всхлипывание.

– А сыграем на подбильярд, – принял решение Верховный правитель. – Проигравший пять раз подряд под столом проползет и проблеет козой.

– Будет исполнено, ваше высокопревосходительство! – Егор хоть ничего и не видел, но готов был поклясться, что Орест в этот момент отдал честь.

– Э-э, братец, ты что же, заранее уже сдался? – осуждающе протянул Верховный правитель. – Я так не согласен. Игра должна быть честной. Тем более ты у нас известный мастер.

Вот и работай в полную силу. Иначе в тюрьму.

– Снова шутить изволишь, – на сей раз решился обратиться к нему на «ты» Орест.

– Вовсе нет, – отрезал Константин. – Не терплю поддавков. Ладно, начали. Разбивай пирамиду.

Цокнули и, шурша по сукну стола, раскатились шары. Теперь пространство комнаты то и дело оглашалось громкими восклицаниями Константина вперемешку с поддакиваниями и подхихикиваниями Ореста и энергичными ударами киев.