Тайны московской принцессы

Егор, тело которого окончательно задеревенело от стояния на четвереньках, наконец, отважился с величайшими предосторожностями вытянуться и лечь на пол. Ему стало гораздо легче. Как мало порой человеку надо!

Игроки продолжали сражение. Скорее бы уж оно закончилось. Жутко противный этот Верховный правитель! Мерзко так издеваться над другом детства! Впрочем, Орест тоже не вызывал у Егора симпатии. Ничем он не лучше Константина. И унижается самым что ни на есть отвратительным образом. Без сомнения ведь проиграет и полезет под бильярд.

Хотя риск для него в этом есть. Заметит Правитель, что он ему поддался, – тюрьма обеспечена. Если, конечно, Константин снова не пошутил. Ох, сложная жизнь у придворных!

Орест, похоже, воспринял слова Константина на полном серьезе. Знает, видимо, что подобные шуточки Правителя иногда кончаются для людей вполне скверно! За здорово живешь никто так трястись не станет. А Зоя, получается, племянница Верховного! Ни словом, между прочим, Егору не обмолвилась. Просто показала.

Фишка, видимо, у нее такая: увидит, узнает и от счастья грохнется в обморок. А когда Егор не узнал, сама впала в шок.

– Партия! – воскликнул Константин. – Ну, ты, прощелыга, меня и обставил!

– Случайное везение, – трепещущим голосом отозвался толстяк. – Шар лег удачно.

– Случайное или закономерное, но победа есть победа. Поздравляю. Лезь под стол.

– Почему я? – оторопело осведомился Орест.

– А ты считаешь, что лучше мне? Не для Верховного правителя это занятие.

Только что убеждал, как предан мне душой и телом. Вот и докажи. Поползаешь, а я полюбуюсь и послушаю.

До Егора донеслось надсадное кряхтение. Толстяк опустился на ковер.

– Дозвольте, ваше высокопревосходительство, без мундира, а то он меня в таком положении душит.

– Снимай, – смилостивился Верховный. – Ой, да ты и вправду бордовый какой-то. Еще удар хватит, а я виноват потом буду. Хотя виноват ты сам. Спортом бы занялся, а то брюхо отращиваешь. Гедонистом заделался. Только и знаешь, что радости жизни вкушать.

Орест ответил козлиным меканьем.

– Громче, пожалуйста, – потребовал Константин. – Помни: ты сейчас это делаешь не за себя, а за меня, следовательно, качество исполнения должно соответствовать высочайшему уровню. Старайся, старайся, не ленись!

– Бе-е! Ме-е! – изо всех сил надрывался толстяк.

– Ну, ну, молодец, молодец, хватит, – прервал его упражнения Константин. – Отдохнули, посмеялись, пора и к делам возвращаться.