Талант Коула

Тамара предложила мне салат из большой деревянной миски, но я обошёлся пиццей. После двух кусков у меня во рту всё запылало, и я поспешно отпил черносмородинового сока. Такого острого чили я ещё не пробовал.

После ужина Тамара ненадолго ушла в другую комнату и вернулась с большим тортом в виде тропического острова. Мы хором спели песенку «С днём рожденья тебя», и Мейсон задул двенадцать свечей, воткнутых в пальмы.

– Это самый красивый торт на свете! – взвизгнул я и тут же залился краской, когда все на меня посмотрели.

– Я заказала такой, чтобы он напомнил тебе о нашем отдыхе в Антигуа, – сказала Тамара и поцеловала Мейсона в лоб.

Мейсон улыбнулся.

– Спасибо, мам.

Вид у него был не очень-то восхищённый. Наверное, он привык получать роскошные торты на дни рождения. А вот меня этот сладкий тропический остров просто поразил.

Мы съели по куску торта (самого вкусного из всех, что я пробовал), а потом пошли в кинокомнату и уселись там на мягкие кресла в середине первого ряда. Я откинулся на спинку, утопая в красном бархате, и повернулся к Мейсону.

– Знаешь, тебе страшно повезло. Мой дом – полный отстой.

Мейсон нахмурился. Он у меня бывал уже не раз.

– Неправда. У тебя там… уютно.

Я не видел ничего уютного в холодном, старом доме с протёртыми коврами и выцветшими обоями, но не хотел с ним спорить.

Мы посмотрели мультики, старые, но очень хорошие. Мне больше всего понравился мультфильм про Хитрого койота, который жил в пустыне и пытался поймать высокую синюю птицу – Дорожного бегуна.

Вначале могло показаться, что птица глупая, только и умеет клевать зерно, тыкаясь клювом в землю, но потом становилось ясно, какая она на самом деле умная. Дорожный бегун всякий раз умудрялся обхитрить койота. А ещё забавно пищал «бип-бип», как машина, прежде чем умчаться в закат в облаке пыли. По-моему, это было просто гениально. Мейсон объяснил, что его папа обожал эти мультики и раньше они часто смотрели их вместе. До того, как у папы стало слишком много работы.

Наконец последний мультик закончился, и Мейсон посмотрел на часы.

– У нас есть ещё минут пятнадцать. Побросаем мяч?

– Давай, – согласился я.

Мы вышли из кинокомнаты, и я проехался по ковру до кухни, где мы ели пиццу. Рот у меня всё ещё горел после острого перца.

– Я сбегаю за соком, – крикнул я Мейсону, который уже шёл через столовую к раздвижным дверям во двор.

Мой стакан с черносмородиновым соком всё ещё стоял на салфетке. Я взял его и сделал большой глоток.