Талант Коула

– Вот тебе повезло, – сказал я, вспоминая свою холодную комнату с потёртым ковром и матрас с пружинами, которые впивались в рёбра.

Я сел в гамак и покачался вперёд-назад. Я бы всё отдал за то, чтобы жить в таком доме. Это было самое потрясающее место из всех, где мне доводилось бывать.

– Погоди, я же ещё не открыл твой подарок! – вскрикнул Мейсон и помчался в прихожую. Я даже не успел ему сказать, что лучше пусть посмотрит на него потом, после того как я уйду. Меня передёрнуло. Мейсона окружало всё самое лучшее, что он только мог пожелать, а его единственный подарок от единственного гостя на день рождения был таким жалким.

Я медленно раскачивался в гамаке, пока не услышал громкое «УХ ТЫ!» с первого этажа. Я аж вздрогнул. Вскоре Мейсон появился на пороге, счастливый, с горящими глазами.

– Всегда о таком мечтал! Опробуем его на террасе?

– Э-э, ладно, – согласился я, довольный тем, что ему вроде как понравилось.

Мы спустились, я взял свои потрёпанные кроссовки с поддона у двери, и тут, как будто его жизнь и так была недостаточно идеальной, Мейсон достал пару ярко-белых кроссовок.

– Это XT50? – спросил я, разинув рот.

– Да, подарок от мамы с папой на день рождения. Правда классные?

Я кивнул, и он дал мне подержать одну кроссовку. Я провёл пальцем по носку. Он так ослепительно блистал, что у меня едва не слезились глаза. XT50 стоили очень, очень дорого.

– Они потрясающие, – прошептал я, возвращая ему кроссовку.

Мы вышли в большую столовую с широкой стеклянной дверью, ведущей в сад.

Мейсон открыл дверь, мы сняли бахилы и обулись.

Играть в мяч на террасе оказалось очень весело. Мы так громко смеялись и вопили, что мама Мейсона выглянула из дома и попросила нас быть потише. Один раз я не успел принять подачу, мяч сильно отскочил и приземлился посреди безупречной лужайки. Мейсон побежал за ним, и папа крикнул ему из окна второго этажа, чтобы он не топтал траву.

– Давай бросать не так сильно, – предложил Мейсон, густо покраснев. – Тогда он не будет улетать.

Нам удалось двадцать восемь раз перебросить мяч друг другу, ни разу его не уронив. А потом мама Мейсона позвала нас ужинать. Мы сняли кроссовки, надели синие бахилы и зашли в дом.

На ужин была пицца. Дома мы обычно размораживали пиццу из магазина, полупустую и не особо вкусную, а эту явно заказали из ресторана. На коробках было написано: «Приготовлено в нашей дровяной печи». Я взял три куска с пеперони, красным перцем чили и какой-то зеленью.