Танец маленького динозавра

Стоило ребятам приехать в лагерь, как пошли дожди. Казалось, солнце спряталось за серые волглые тучи на всю смену. Но непогода постояла день, другой, третий, а к утру четвёртого унесло куда-то ветром тучи, над дальним лесом показалось сияющее, будто новенькое солнце.

В часу одиннадцатом, с разрешения врача, весело гомонящие, распевая песни, потянулись отряды к озеру, где была лагерная купальня. Пришёл туда и Иван.

По команде физрука прыгнули в воду.

Иван вынырнул, встал. Воды ему было по грудь. Солёный комок подкатил к горлу.

От злой досады он чуть не заревел.

Кругом стоял весёлый крик, смех. Вода кипела, как в кастрюле на огне. Крупинки донной мути поднялись к самой поверхности, но никто этого не замечал. Ребята были рады долгожданной возможности поплескаться. В прошлом году Иван и сам был счастлив точно так же. А теперь ему хотелось плакать.

«И так всё лето в этом лягушатнике?! – подумал он. – Нет уж…»

Он выбрался на доски настила. Прошёл в дальний конец купальни, где стоял физрук с мегафоном в руке.

На лице физрука была написана предельная внимательность. Он так и впился глазами в воду. Похоже было, что он пересчитывает ребят по головам.

Ивану было всё равно: видит его физрук или нет. Он перемахнул через перила и нырнул в озеро. Озеро называлось Тихое, и было большим.

– Эй, кто там поплыл?! Сейчас же вернись! – запоздало крикнул в мегафон физрук. Видно, ему подсказали фамилию нарушителя. – Судаков, слышишь?! Кому говорю!

Иван не оборачивался. «Фигушки вам, – повторял он про себя.

 – Дождётесь…»

Он отплыл уже изрядно, пока физрук отвязывал лодку, пока нагонял.

– Я вот сейчас тебя по башке веслом… – крикнул он срывающимся голосом. – А ну залезай в лодку!

Иван будто не слышал. Он лёг на спину, раскинул руки. Резким выдохом вытолкнул тонкую струйку воды, накопившейся во рту. «Китовый фонтанчик» – подумал.

– Я в вашем лягушатнике купаться не буду, – сказал.

– Напугал! Он, видите ли, не будет!.. На берегу торчать будешь!

– Посмотрим.

В новом китовом фонтанчике физрук увидел проявление презрения к нему, старшему.

– Сопляк ты этакий! – вышел он из себя. – Я тебе покажу! Узнаешь у меня!..

Иван долго не мог уснуть. Перед глазами стояло лицо физрука с выступившими белыми пятнами, перекошенный в крике рот и то, как он схватил его за ногу и потащил к борту лодки, словно полено…

Мысль о предстоящих сборах, играх, кострах на поляне с обязательной печёной картошкой, с песней про неё – не радовала.