Доктор гад

 – Револьвер моего бывшего мужа тоже гербованный, пусть принадлежит наследнику линии. Не отдавай, Рофомм.

– Не отдам, – прошелестел он. «Зачем тощему хлыщу оружие? Застрелиться решил?» – думал Рофомм, сверля всемирным взором руки бывшего однокурсника. От Дирлиса ему в своё время было много неприятностей – но всё же он не хотел, чтобы хирург застрелился. Ему нельзя, не имеет нравственного права. Рофомм имеет, а Дирлис – нет.

– Ну что же, – обхватив трость проклятой рукой, хирург поднялся, – пойду к Равиле. Надо… – он замялся, Рофомм снисходительно кивнул.

Дирлис удалился, постукивая тростью по панелям на стене коридора. Трость нужна лишь в горах, в равнинной, без единого холмика столице она ни к чему, но как иначе показать, что ты богатый господин с севера?

Рофомм и Тейла остались наедине. Тейла была пригожей дамочкой, даже в её годы и в скорби об утерянных друзьях сохраняла стать и свежесть. Тейлу отцу в своё время подбирали по всем правилам – с телесной проверкой и замерами рулеткой и штангенциркулем, исследованием родословной и прочей гралейской сватовской дрянью – чтобы в результате Тейла и Урномм ни разу не переспали.

Тейла была счастлива, когда развелась. Рофомм ей нравился, потому что, по словам Тейлы, был похож на мать.

– Тебе нужно было больше общаться с родителями в последние годы. Я удивлена – как так вышло, что ты не знал о репатриации, а они – о вашем разводе? – Тейла укоризненно посмотрела на него. Рофомм лишь прошипел что-то неразборчивое, стараясь скрыть стыд. Ему и без того плохо, что он не был рядом с умирающей матерью, даже не интересовался её болезнью, потому что ему было больно с ней об этом говорить, зачем Тейла бросает порох в огонь? Тейла, которая слишком хорошо его понимала, предупреждающе выставила пятерню:

– Не корчись, снова спать я с тобой не буду.

Рофомм лишь вздохнул. В постель к бывшей жене отца его тянула не похоть, а беззащитность. После развода он пьяный объявился на пороге у Тейлы, та уложила его спать, а утром, когда он протрезвел и посвежел, позвала к себе поговорить – под одеяло.

Легче не стало, но ему понравилось. Ей тоже, не зря же он учился на медицинском. – Довольно паршиво, что теперь надо будет по всем вопросам касательно аптек обращаться к Эдте, – она сменила тему. – Эдта, конечно, хороша в счётных и правовых вопросах, но сейчас такая ситуация, что нужен мужчина. Выпить у тебя, разумеется, есть?

– А то как же, – прогудел он сквозь папиросный фильтр, поворачиваясь к буфету.