Другая Музыка

Кроме того она могла выгибаться дугой и производить другие движения – очень сложные, комбинированные, какие только позволяет пластичность вашего воображения. Тем самым обеспечивалась полная свобода творчества и духовно-волевых усилий, которые способны влиять на изменения в окружающем пространстве.

Изменения эти, если их правильно контролировать, могут быть на пользу вашему существованию в Сномире, а если сил для такого контроля недостанет, то изменения могут быть достаточно разрушительными и опасными.

Здесь не только все окружающее влияет на ваши действия, но и ваши действия, или даже просто сильное намерение и желание может преобразовывать все вокруг. Вот я – не столько своими действиями, сколько опять же духовно-волевым усилием – привожу двигатель своей испытательной капсулы в рабочее состояние.

Я сказал двигатель, хотя это слово из нашей явной, дневной жизни, и только отдаленно передает функции той силы, что приводит мой летательный аппарат в движение.

Эта сила не находится в каком-то конкретном месте, и не является двигателем в нашем обычном понимании.

У этой движущей силы есть вектор, который образуется, по крайней мере, из двух составляющих: моей личной духовно-творческой и некой внешней силы, которая тоже на каждом шагу проявляет свою одухотворенность и разумность. Похоже, что это какая-то разумная воля Сномира, который одухотворен, сам себя сотворяет и сам наблюдает за всем происходящим, одновременно с удовольствием участвуя в этой игре.

Перед взлетом я почувствовал какие-то бесплотные тени – за спиной и, по большей части, слева – тени тех, кто отправляет меня в испытательные полеты, контролирует весь процесс, встречает после приземления и оценивает результаты испытаний. Но я не помню этих существ, не помню ни лиц, ни голосов – не могу воссоздать их облик здесь, в жизни наяву. Отчетливо я вспоминаю их только там, и когда включается память сновидений, и вновь воссоздается прерванная на время линия сновиденческой жизни.

Однако сам взлет вызывает невероятно приятные ощущения. Дух захватывает, и восторг наполняет душу. Как обычно, мой испытательный чудо-аппарат легко оторвался от поверхности, и бесшумно и плавно полетел с приличной скоростью на высоте метров двадцати или немного больше.

Усилием воли я попытался подняться выше, но это мне не удалось. Тогда я приложил еще больше усилий, но капсула будто застряла на этой небольшой высоте.