Три желания Мэйв

Что-то коснулось моей ноги, я взмахнула самодельной битой, и…

Мрак прорезал ужасающий стон, будто охнуло привидение. Я отшвырнула биту, крысы запищали. Что-то пронеслось прямо передо мной: я это скорее почувствовала, нежели увидела. Сжавшись от страха, я закрыла лицо руками.

На пол упал какой-то предмет. Маленький, твердый и металлический. Моя банка! Я принялась шарить по грязному полу, но вместо жестянки пальцы наткнулись на скользкую крысиную шерсть. Я принялась хватать ртом воздух.

Крысиный мех не шевелился.

Крыса дохлая! И все еще теплая. Меня чуть не вырвало. Одолев тошноту, я вытерла руку об юбку, сделала глубокий вдох и продолжила поиски.

Вдруг на пол упала крошечная искра. Я повернулась: позади вспыхнула спичка. Из тьмы возникло лицо, а потом свеча.

Это был Том, приютский мальчишка. А передо мной, закусывая теплой крысой, расположилась на ужин большая серая сова.

Глава 10

Том! Что он здесь делал? Как попал сюда?

Несомненно, задумал добраться до Мермера.

В панике я развернулась и поползла по грязному полу к жестянке.

Что-то блеснуло в мерцании свечи Тома: это была она, моя банка, точно! Вот только сжимала ее ужасная когтистая лапа совы. Птица сочла банку своей добычей.

Я не раз видела чучела сов в чужих гостиных, но живого хищника – никогда. Огромные глаза уставились на меня, а я вытаращилась на смертоносный изогнутый клюв.

Отпрянув в сторону, я схватила перекладину и встала.

– Что ты здесь делаешь? – требовательно вопросила я Тома.

Его брови удивленно приподнялись.

– А ты что тут забыла? – Он указал на койку и мои разоренные пожитки. – Это твоя новая спальня?

Я промолчала: слишком злилась на него и слишком волновалась о жестянке. Он ведь явился за ней! Сначала мое сокровище стащила одна крыса, а теперь зарится другая! Не сегодня, благодарю покорно.

Я так ничего и не ответила, а Том присел на корточки и заухал, обращаясь к сове.

– Вижу, ты познакомилась с Моррисом.

Большая птица повернула голову к Тому, а потом неуклюже поскакала к нему.

Одним крылом сова помогала себе, другое, шаркая, волочилось по земле. На нем не хватало нескольких длинных перьев.

Жестянку сова оставила. Как только птица удалилась на безопасное расстояние, я бросилась к своему сокровищу и крепко его схватила.

– Моррис? – переспросила я.

– В честь забавного танца, который он исполняет, когда передвигается, – объяснил Том.

Ни за что бы этого ему не сказала, но имя сове подходило.