Тридцать три несчастья. Том 2. Небывалые неприятности

Кармелита, очевидно ни разу не побывавшая в административном здании, схватила свои ложку с вилкой и начала колотить ими по подносу – ритмично, но раздражающе. «Сироты-кексолизы из Сиротской лачуги! Сироты-кексолизы из Сиротской лачуги!» – кричала она нараспев, и, к огорчению Бодлеров, многие к ней присоединились. Как нередко бывает с грубыми, агрессивными, грязными людьми, вокруг Кармелиты Спатс сплотилась целая команда, члены которой всегда с радостью помогали ей кого-нибудь мучить, – возможно, чтобы не трогали их самих.

В одно мгновение, казалось, вся столовая стала выкрикивать нараспев: «Сироты-кексолизы из Сиротской лачуги!» Трое Бодлеров прижались друг к другу, высматривая, куда бы скрыться и спокойно поесть.

– Да оставь ты их в покое, Кармелита! – прорвался сквозь громкий ритмичный шум чей-то голос.

Бодлеры обернулись и увидели мальчика с темными волосами и широко раскрытыми глазами. Он выглядел немного старше Клауса, но немного моложе, чем Вайолет. Из кармана толстого шерстяного свитера у него торчала зеленая записная книжка.

– Сама ты кексолизка, никому в здравом уме есть рядом с тобой не захочется. Пойдемте. – Мальчик повернулся к Бодлерам. – За нашим столом найдется место.

– Спасибо большое, – с облегчением проговорила Вайолет и последовала за мальчиком к столу, где было вполне свободно.

Мальчик сел рядом с девочкой, как две капли воды похожей на него. Примерно того же возраста, с очень темными волосами, широко раскрытыми глазами и записной книжкой, засунутой в карман толстого шерстяного свитера.

Разница заключалась только в том, что ее книжка была черной как смоль. Странное ощущение возникало оттого, что видишь перед собой людей, до такой степени похожих, но смотреть на них было куда приятнее, чем на Кармелиту Спатс, поэтому Бодлеры уселись напротив и представились.

– Я – Вайолет Бодлер, – сказала Вайолет Бодлер, – это мой брат Клаус и наша младшая, Солнышко.

– Приятно познакомиться, – сказал мальчик. – Меня зовут Дункан Квегмайр, а это моя сестра Айседора.

А девочку, которая на вас кричала, как ни странно, зовут Кармелита[2 - Кармелиты – католические монашеские ордены, основанные крестоносцами в XII веке в Палестине на горе Кармель.] Спатс.

– Кажется, она не слишком приятная, – заметил Клаус.

– Это еще мягко сказано, – вступила в разговор Айседора. – Кармелита Спатс грубая, грязная и агрессивная, и чем меньше вы будете с ней общаться, тем лучше для вас.