Тридцать три несчастья. Том 2. Небывалые неприятности

– Прочти Бодлерам стихи, которые ты про нее написала, – посоветовал Дункан.

– Ты пишешь стихи? – спросил Клаус. Он много чего прочел про поэтов, но никогда их не встречал.

– Так, немного, – скромно ответила Айседора. – Я записываю их в записную книжку. У меня это потребность.

– Сафо! – выкрикнула Солнышко, что означало нечто вроде: «Я с удовольствием послушаю твои стихи!»

Клаус объяснил Квегмайрам, что? имеет в виду Солнышко, Айседора улыбнулась и раскрыла книжечку.

– Стихи очень короткие, – пояснила она.

– Двустишие, – вставил Клаус. – Я вычитал это слово в одной литературоведческой книге.

– Да, я знаю, – отозвалась Айседора и прочла стихи, пригнувшись над столом, чтобы не услышала Кармелита Спатс:

Летучих мышей наглотаться досы?та

Приятней, чем час провести с Кармелитой!

Бодлеры захихикали, но тут же прикрыли рот рукой, чтобы никто не подумал, что они смеются над Кармелитой.

– Здорово, – похвалил Клаус. – Мне очень понравилось про летучих мышей.

– Спасибо, – поблагодарила Айседора. – Мне бы хотелось почитать литературоведческую книгу, про которую ты говорил. Ты мне дашь ее ненадолго?

Клаус опустил голову.

– Нет, – сказал он. – Книга принадлежала моему отцу и сгорела во время пожара.

Квегмайры переглянулись, глаза их раскрылись еще шире.

– Мне очень жаль это слышать, – сказал Дункан. – Мы с сестрой пережили страшный пожар и знаем, что это такое. А ваш отец тоже погиб в пожаре?

– Да, – ответил Клаус, – и мама.

Айседора отложила вилку и, потянувшись через стол, похлопала Клауса по руке. При обычных обстоятельствах это смутило бы Клауса, но сейчас этот жест показался ему совершенно естественным.

– Очень сочувствую вам, – сказала Айседора. – Наши родители тоже погибли во время пожара. Ужасно, их так не хватает, правда?

– Блони. – Солнышко кивнула.

– Долгое время я боялся любого огня, – добавил Дункан. – Я даже на плиту не мог смотреть.

Вайолет улыбнулась:

– Мы жили некоторое время у одной женщины, Тети Жозефины, она тоже боялась плиты.

– Взорвется! – поразился Дункан. – Даже я этого не боялся. А почему вы сейчас не живете с нею?

Наступила очередь Вайолет потупить взгляд и очередь Дункана потянуться через стол и взять ее за руку.

– Она тоже умерла, – ответила Вайолет. – По правде говоря, Дункан, в нашей жизни уже довольно давно все идет шиворот-навыворот.

– Мне жаль это слышать, – отозвался Дункан.