Наша маленькая фобия

И в сад двери открой. Лето, пока можно.

– Да, я так уже сделала, – кивнула в ответ, грустно улыбнувшись.

– Ах, вот чья это оказывается дверь! – высунулся вперед незнакомец, пытаясь заглянуть внутрь комнаты, и я, испугавшись, инертно отступила.

– Извини, – парень тут же сдал назад, выставив руки перед собой. – Просто давно маялся от любопытства.

Незнакомец виновато улыбнулся, осветив ярко-бирюзовым взглядом, что невольно загипнотизировал.

– Вы видимо ещё не знакомы, – спохватился Савелий и, приобняв парня за плечи, слегка выдвинул вперёд.

 – Это Лёва, олух… то есть сын нашего садовника Константина.

– Чего ты сразу палишь мою непутёвость?! – возмутился парень, а после снова дружелюбно улыбнулся. – Привет, да, я Лев. Новый садовник. Папа пока обучает меня всем тонкостям, поэтому непутёвый.

– Зато честный, – тоже одарила младшего садовника улыбкой. – Я – Есения. Работала когда-то здесь горничной. Теперь вернулась.

– А почему уходила? – совершенно искренний и беззлобный интерес.

Растерянно посмотрела на шофера, словно ища у него помощи.

– Я ж тебе говорил, что наш младший патрон женофобией страдал. Вот, Еська, не будь дурой, быстренько отсюда смоталась. Патрона подлечили, поэтому можно снова вернуться.

– Судя по тому, как он её сюда тащил, я сомневаюсь, что Марк Игоревич излечился, – сочувствующе скривился Лёва.

– Поверь, это намного лучше, чем было, – не моргнул глазом Савелий.

– Вот, свинья! – хмуро констатировал новый садовник, чем вдруг вызвал мою симпатию.

– Ну, ладно, всё. Уходим. Даме нужно привести себя в порядок, – Савелий настойчиво толкнул своего коллегу в сторону. – А ты не кисни, окей? Переодевайся там, и с нами за работу. Скоро, кстати, ужин будет и наши звезды рассядутся в полном составе. Ты просто обязана выглядеть на все сто, чтобы у нашего женофоба под хвостом ещё сильнее закипело, – последнюю фразу мужчина сказал шепотом и подмигнул.

Ужин. А это означало, что я, как горничная, обязана прислуживать им за обеденным столом.

Нет, мне это не сложно, но от мысли, что за этим самым столом будет сидеть Марк, свело под грудиной. Чего мне ещё ожидать от него? Господи, когда он был затворником, то казался более предсказуем, чем сейчас.

Открыла чемодан с замершим сердцем. Косметика вдребезги и испачкала почти всю мою одежду. Фоторамка с семейным снимком тоже теперь в хлам. Вынула карточку и аккуратно поставила возле ночной лампы. Оглядела убитый гардероб, поняв, что осталась нагишом.